Вы здесь

Змитер Дашкевич считает, что против "парня с бензопилой" устроили провокацию

Змитер Дашкевич. Фото из архива Еврорадио​

Бывший политзаключенный Змитер Дашкевич в Фейсбуке прокомментировал новый суд над Владиславом Казакевичем — "парнем с бензопилой".

Как сообщало Еврорадио, второй суд над Владиславом Казакевичем начался сегодня в Могилеве. Его судят за нападение с ножом на охранника в шкловской колонии №17, во время которого охранник был ранен в голову.

В колонии Казакевич оказался за нападение с бензопилой на посетителей торгового центра "Европа" в Минске в октябре 2016 года. Как несовершеннолетний на момент совершения преступления он был осужден на 15-летний срок заключения. На суде родители заявляли о психической болезни сына, но медэкспертиза не согласилась с таким мнением.

За новое нападение Казакевичу грозит пожизненное заключение.

Дашкевич считает, что в этой истории не обошлось без провокации — возможно, со стороны администрации колонии.

"Лет одиннадцать назад два зэка шкловской колонии заламывали меня, чтобы залить мне в пасть самогон. Провокация не очень удалась, так как на промзоне я крутил бревна, а потом еще накладывал на штангу блины и мучил турник)) Да, расквасили губы и пообливались все. Но представляю, какая была бы в колонии радость и красивые новости дали бы БТ и Совбелия: "Религиозный фанатик Дашкевич в шкловской колонии №17 напился самогона", "ультраправый радикал Дашкевич напился в колонии №17 и избил двух невинных зэков. Дашкевича ждет новый суд".

Об инциденте никто не знал ни тогда, ни сейчас. Но сейчас вспомнилось из-за новостей о Владе Казакевиче, которого начали судить якобы за попытку убийства начальства колонии №17. (Того самого, видимо, начальства, которое пыталось в 2007-м угостить меня самым дорогим из своих сейфов.) Больному человеку дали в руки заточку, чтобы потом прийти со шмоном и за эту заточку посадить на пожизненное. Потом еще какую провокацию замутят — и расстреляют. Сколько перекатался я по колониям, повсюду одно и то же: блатные и другие зэки — на службе в администрации, и большинство устроит любую провокацию в отношении неугодного осужденного.

И мой зоновский опыт свидетельствует, что с каждым годом и каждым этапом зона все больше изощренная и жесткая — репрессивный каток усиливается и шлифуется постоянно. Сомневаюсь, что на эту систему можно как-то повлиять или изменить ее. Гнилое дерево не может давать хороших плодов — все ветви у него гнилые. Спасение одно: гнилое дерево срубают и бросают в огонь".