Вы здесь

"Три оппозиционера, два чиновника": Елена Маслюкова и светлогорский "Бумажник"

Здесь и далее фото: Еврорадио / Роман Протасевич
Александр Лукашенко заявил, что "так называемые либеральные круги" неправильно представляют себе белорусское гражданское общество. "Это не то, что три оппозиционера, два чиновника и ещё какие-то организации. Гражданское общество — это граждане", — и тут даже мы с ним согласились.

Но дальше Лукашенко развернул свою мысль в неожиданном направлении: "А граждане нашей страны в своем большинстве — это и ветераны, и молодёжь, которую представляют наши, как я их называю, комсомольцы — БРСМ, это профсоюзы и женская организация".

Ветераны, БРСМ, профсоюзы, женщины... Где в этом перечне место для общественных активистов, которые по всей Беларуси помогают людям бороться за свои права? Еврорадио решило восстановить справедливость. В проекте "Три оппозиционера, два чиновника" мы рассказываем о неравнодушных гражданах. Их ежедневная работа и формирует то самое гражданское общество, которое так своеобразно понимает глава нашего государства. Работая над проектом, мы побывали в Верхнедвинске, потом поехали в Слуцк.

Наша сегодняшняя поездка также на юг Беларуси. Мы в Светлогорске, где учительница истории Елена Маслюкова борется с вредными выбросами нового целлюлозно-картонного комбината.

Бывший престижный город

Дорога до Светлогорска из столицы занимает чуть более трёх часов. На карте город появился в 1961 году, когда на просторах около деревни Шатилки началось активное строительство предприятий. Сегодня в городе проживает около 67 тысяч жителей. Елена Маслюкова рассказывает, что люди уезжают по экономическим и экологическим причинам:

"В своё время город был престижным для жизни. Сейчас многие вынуждены его покинуть. Фактически за бесценок продают квартиры. Никто не хочет травиться выбросами от ЗБЦ [завод беленой целлюлозы. — Еврорадио]. У кого есть возможность, тот уезжает".

Светлогорск утопает в лесах — его построили хотя и промышленным, но действительно зелёным городом. Несмотря на это, жильё здесь очень дешёвое. Однокомнатную квартиру недалеко от центра можно снять за 45 долларов.

"Я не принимаю советские времена, — рассказывает Елена Маслюкова. — Но не всё было плохо, и определённые вещи делались логично. Генеральный план застройки города предусматривал, чтобы деревья были в каждом дворе. В старых микрорайонах и сейчас сосны стоят, поэтому город у нас такой зелёный".

Вместе с Еленой мы идём по улицам Светлогорска. С женщиной здороваются прохожие: водители автобусов, бывшие ученики, их родители — активистку в городе хорошо знают.

 

Первого сентября попрощалась с учениками и ушла

Елена Маслюкова 27 лет отработала учительницей истории и обществоведения. По дороге к светлогорской школе № 10 она с грустью вспоминает, почему пришлось бросить любимую работу и как из-за увольнения у неё не получилось выпустить свои 11-е классы:

"Любила учеников, уважала коллег, — говорит Елена Маслюкова. — В 2014 году меня признали учителем года на районном уровне. А вот на областной уровень уже не пустили. Я в анкете написала, что член БНФ, но не в этом только дело было. В начале июля 2014 года руководство школы сообщило, что с 2 сентября контракт со мной не продолжат".

Контрактная система позволяет не объясняет причину увольнения. Елена, не дождавшись никаких объяснений, не согласилась на предложение руководства уйти по соглашению сторон раньше и 1 сентября пришла на школьную линейку.

"Трудно вспоминать, слёзы появляются, — рассказывает жительница Светлогорска. — На линейке простились с учениками, с родителями. И ушла. Муж мне тогда сказал: "Елена, разрешаю погрустить две недели, а потом человек должен идти дальше. Так и сложилось".

Активистка попыталась остаться в профессии. Но в других учебных заведениях отказывали, как только слышали фамилию.

"Версии, почему меня уволили, были разные, — вспоминает светлогорская учительница. — Загадка и до сих пор для меня, но всё сбегается к политической подоплёке. В 2014 году произошли известные события в Украине. Как историка, ученики и коллеги просили меня прокомментировать, что там происходит. Что такое сепаратизм, я рассказывала на уроках на примере Донбасса и Крыма. Зачем ученикам рассказывать что-то аморфное, если они должны знать реалии жизни? И вот, я понимаю, что сегодня такие учителя не нужны".

 

Учителя сами загнали себя в такие условия

Мы останавливаемся возле школы, где работала Елена. Занятия там идут как обычно. Звучит звонок на перемену, дети выбегают на улицу. Активистка вспоминает ещё один случай, который, скорее всего, стал для администрации последней каплей:

"С учениками мы много ездили на экскурсии, любили посещать Киев. Последняя поездка была накануне Революции достоинства. И некоторые из руководства потом говорили, что я возила детей на Майдан. Это абсолютная выдумка, которая не соответствует действительности. Но, скорее всего, это стало одним из гвоздей, который был забит в мою педагогическую карьеру". 

Новость об увольнении учительницы высшей категории удивила коллег Елены. Люди звонили с соболезнованиями, но открыто защитить её никто не решился. А вот родители школьников обратились в прокуратуру, чтобы учительницу истории оставили на работе и она смогла выпустить 11-е классы. Елена благодарна родителям своих учеников за защиту, а на своих коллег обиды не держит.

"Власть сделала всё, чтобы разъединить общество, — говорит она. — Вместо того чтобы формировать гражданское общество, его расформировали полностью. Людей разогнали по нишам, чтобы сидели там и боялись. Некоторые коллеги без мужей растят детей, поэтому я их понимаю и не обижаюсь".

Елена добавляет, что учителя сегодня выполняют много не своих профессиональных обязанностей. Вместо того чтобы учить детей, преподавателей заставляют ходить по квартирам учеников и проверять их холодильники.

"Классный руководитель должен знать, в каких условиях воспитывается ученик, — рассказывает учительница. — Но зачем мне за собственный счёт на 56 учащихся (я была классным руководителем двух классов) писать социальные паспорта, интересоваться заработком родителей? Это не мое дело! Мне не нравилось, что учителей заставляют писать бумаги для милиции, социальных служб, отдела культуры. И я открыто говорила: почему это должен делать учитель?"

Елена уверена, что белорусские учителя сами поспособствовали тому, чтобы условия их работы были именно такими.

"Соглашаемся, поэтому именно так и получается. Вот в этой школе [школа № 10 в Светлогорске. — Еврорадио] работает 100 учителей. Это много! И если бы все сказали: газеты выписывать не будем, дополнительные бумаги заполнять не будем — кто бы заставил?"

 

Вместо Ленина — памятник основателю города

Если не читать новости о новом светлогорском заводе, город производит впечатление похожего на другие белорусские города. В двух шагах от церкви киоск "Табакерка", а винно-водочный магазин работает с 6 утра. Там покупатели без денег просят помочь рублём. Хотя как минимум одно существенное отличие от типичного райцентра есть: в центре Светлогорска нет памятника Ленину. Он должен был быть установлен, но что-то пошло не так.

"Это памятник основателю нашего места Роману Шатиле, — показывает учительница истории. — И сделали его из памятника Ленину. В конце 80-х годов был выплавлен 22-метровый Ленин, его здесь и планировали поставить. Но Советский Союз развалился, началась независимость. Памятник оказался не к месту, и его отвезли на городское предприятие. Некоторое время он там и лежал. А чтобы столько бронзы не пропадало, его переплавили в памятник Роману Шатиле".

Главной проблемой Светлогорска местная активистка называет завод беленой целлюлозы на окраине города. На борьбу с ним идёт много её времени.

Мы вызываем такси и едем на предприятие. По дороге разговариваем с водителем, который говорит, что готовит документы, "чтобы скорее уехать из этого вонючего города".

"В 2012 году жители узнали, что здесь построят завод, — рассказывает Елена Маслюкова. — Люди были против. Еще в 90-е Совет Министров принял решение не развивать химическое производство в Светлогорске, так как здесь уже работало два сильных химические предприятия. 10 тысяч 191 подпись направили к руководству страны и города, что мы против строительства. Но завод построили, и он стал большим бременем для экологии города".

Завод должен производить целлюлозу, которую используют в производстве бумаги и картона. По словам Елены Маслюковой, заработать ЗБЦ должен был ещё в 2015 году. На дворе 2019 год, а предприятие до сих пор не введено в эксплуатацию.

По сведениям общественных активистов, сейчас на заводе ведутся пусконаладочные работы.

"Происходят выбросы вредных веществ и прежде всего — метилмеркаптана [бесцветный ядовитый газ с сильным неприятным запахом, который напоминает запах гнилой капусты. — Еврорадио]. Он очень вредит здоровью взрослых и детей. Любой житель Светлогорска вам скажет, что выбросы есть, они сильные и делают их ночью, когда люди спят", — объясняет Маслюкова.

К руководству вредного предприятия и чиновникам у местных жителей много вопросов. Но пока они остаются без ответов.

"Неизвестно, что происходит на заводе. Из этого делается какая-то тайна, — говорит активистка. — ЗБЦ — это китайский проект, его построили за 860 миллионов долларов. Это кредит, который взяли у Китая, и деньги надо возвращать. Но полагаю, что по факту завод стоит больше, так как, чтобы исправить технические ошибки, нужны ещё деньги. Если выбросы продолжатся, мы будем требовать, чтобы предприятие закрыли".

 

"Пахнет только Маслюковой"

С вопросами, которые волнуют Светлогорск, Еврорадио обратилось к руководству завода беленой целлюлозы. Главный инженер Александр Командирчик уверяет, что предприятие работает в штатном режиме и запаха никакого нет.

"Я приглашаю вас в наш город, чтобы вы убедились, какой здесь есть запах, — ответил Александр Командирчик. — Предприятие работает в штатном режиме, запахов никаких нет, а Маслюковой только и надо, что будоражить людей. И всё!"

 — А вредные выбросы по ночам...

— Приезжайте на сутки, посмотрите. Завод работает в непрерывном цикле и днём ​​и ночью. И это всё надумано.

— Что вы имеете в виду?

— Что она [Елена Маслюкова. — Еврорадио] говорит, мол, кто-то делает какие-то выбросы. Но на сегодняшний день завод работает.

— А куда продукцию поставляете?

— Это как-то связано с запахом? Продукцию покупает весь мир и белорусские потребители. Повторяю ещё раз, почему-то пахнет только пяти человекам в Светлогорске. Предприятие никаких вредных выбросов не делает, это контролирует Минприроды.

Справедливости ради, на неприятный запах в Светлогорске жалуется не только Елена Маслюкова. Во время поездки по городу нам начал рассказывать о нём местный таксист. Но лично мы неприятного запаха не чувствовали. Правозащитница говорит, что нам просто повезло — ветер дул в другую сторону.  

 

Работы стало больше

Сегодня Елена Маслюкова руководит светлогорским отделением правозащитной организации "Весна". В небольшой квартире, которую используют как офис, активистка рассказывает, с какими проблемами обращаются люди.

"Приходят не только светлогорцы, а жители Рогачева, Речицы, Жлобина, — рассказывает Елена Маслюкова. — Оказываем юридические консультации. Люди обижаются на государство, просят составить жалобу или решить социальные вопросы".

По словам светлогорской активистки, по сравнению с годами работы в школе, её жизнь стала более напряженной.

"У правозащитников вообще сложная жизнь. Но, как говорится, залез на воз — не говори, что не сможешь его тянуть. Не скажу, что ко мне были репрессии, как к известным оппозиционерам, но определённое давление ощущается. Могу ли я устроиться работать в школу? Разумеется, нет. Из-за моих взглядов меня туда не возьмут".

Жительница Светлогорска добавляет: как обычный человек, она тоже устаёт от большого количества работы. А на вопрос, как дела, Елена всегда отвечает: "Не дождутся!"