Социологи: Белорусы любят, но не отстаивают

В интервью Еврорадио социолог Надежда Ефимова подвела итоги исследования национальной идентичности белоруса: 4,5% белорусов считают, что белорусам можно считать того, кто разговаривает по-белорусски. Каждый третий белорус говорит, что свободно владеет белорусским языком, но при этом, всего 6% им постоянно пользуются. За последние годы советская и европейская идентичность поменялась местами в пользу запада и еще много чего неожиданного для социологов. Мы встречались с вами не так давно, беседовали о исследовании "Национальная идентичность белорусов: что нас объединяет и делает уникальной нацией?" Но тогда еще не были готовы итоги… Давайте сегодня поговорим более подробно. Что поразило вас больше всего?

Ефимова: Я ждала более противоречивых и даже негативных итогов. Но в том, что мы получили, нет выраженного негатива. И что касается языка, и своей страны, своего этноса — очень позитивное отношение: любовь, преданность, честь… Большое количество белорусов, более половины опрошенных, чувствуют свою принадлежность к определенной религиозной конфессии (католики, православные, протестанты). Это неожиданно. Ведь принято считать, что белорусы не очень религиозны, не отождествляют себя с той или иной религиозной конфессией.

Неожиданным для нас стало то, что истоками белорусской государственности большинство считает ВКЛ. Я думаю, что это результат последних лет, того, что про об этом говорят… Но вот то, что при этом люди принимают современную символику — это такая всеядность. То есть они говорят, что истоки нашей государственности в ВКЛ, но наш национальный символ — красно-зеленый флаг и герб Республики Беларусь, так считают 73% респондентов. Такая всеядность проявляется на разных уровнях, в ответах на разные вопросы.

И мне кажется, если бы было больше пассионарности, то стало бы меньше вот этой всеядности. Возможно, белорусам как раз не хватает радикальности. Было бы хорошо, если бы белорусы были более радикальными. Ведь они любят, но не отстаивают. Это проблема. Белорусам не хватает активности. И эти все чувства остаются не в активной фазе. Чувствуем преданность, гордость и другое но, в связи с этим, не считаем нужным пропагандировать, скажем, свой язык и т.д.

Язык уважают, но не разговаривают. Чтобы человек начал на нем разговаривать, ему нужна среда, в которой бы разговаривали по-белорусски. А как она появится, если никто не желает сам начинать разговаривать по-белорусски без этой среды?

Да, в социологии это известный феномен, называется "спираль молчания". Когда человек видит, что большинство думает или делает иначе, не так как он, то он свою точку зрения, в таком случае, высказывать не будет — он присоединится к большинству. И получается такая "спираль молчания" — люди склонны прятать свои альтернативные мнения, когда чувствуют, что среда думает иначе.

Возможно, этим и будет полезно это исследование. Люди увидят, что на самом деле их мнения не такие и альтернативные…

Да, увидят позитивное отношение.

Что знают о себе белорусы, как они себя ощущают и с какими группами себя идентифицируют?

Абсолютное большинство, 86% респондентов заявили, что они ощущают себя жителями Беларуси, 81% сказали, что ощущают себя этническими белорусами, и 83% — гражданами Беларуси. То есть более 80% респондентов идентифицируют себя с Беларусью как территорией, белорусами как этносом. И Республикой Беларусь как страной.

Важным элементом идентификации белорусов является идентификация себя местным жителем. 70% белорусов, которых мы опросили, ответили, что осознают себя как местного жителя, жителя определенной деревни, определенного города. И очень ценят эту свою связь с малой родиной.

Сильная, но, все таки, меньшая, чем с этносом и страной, есть у белорусов идентификация со славянами и одноверцами. 64% опрошенных ответили, что ощущают себя славянами. И 59% - что они ощущают свою принадлежность к определенной религиозной конфессии (католики, православные, протестанты). Это как я говорила, стало для нас неожиданностью.

Кого больше среди белорусов: "россиян", советских, европейцев или собственно белорусов? То есть, с каким государством, с какой страной и с какой системой люди себя отождествляют как граждане?

Стабильно выделяется преданность Беларуси. Наши респонденты, прежде всего, отождествляют себя с патриотами Беларуси (52%). На втором месте идет европейская идентификация, треть респондентов чувствуют себя европейцами. 27% чувствуют себя гражданами мира, космополитами. И 27% чувствуют себя советскими людьми.

Как эта картина изменилась за последнее время? И сильно ли?

В 2004 году Институт социологии Академии наук задавал аналогичный вопрос. По их данным советская идентичность была выражена больше, а европейская меньше. И вот мы можем сказать, что за последние годы эти две идентичности поменялись местами. Больше белорусов стали ощущать себя европейцами, и меньше — советскими людьми. И можно сказать, что тенденция к снижению удельного веса советской идентичности и увеличению европейской стабильная.

Что касается группы, которая назвала себя гражданами мира. Есть мнение, что именно такая позиция представляет собой опасность для национальной идентичности. Что это так называемая размытая идентичность... Что вы думаете на этот счет?

Я не думаю , что в этом есть какая-то опасность… Ведь это не значить, что они отрицают другие идентичности. Они могут признавать себя белорусами, но, в то же время, ощущать себя свободно, гражданином мира — то есть, он может куда угодно уехать, разговаривать на разных языках и воспринимать весь мир как свое пространство для существования. И при этом оставаться белорусом.

Это не отрицает национальной идентичности, а может даже, в какой-то степени, ее подчеркивает. Ты как бы даешь миру что-то уникальное, выходишь в мир не как размытый субъект, а со своей определенной идентичностью и что-то новое в этот мир привносишь. Одно другому не мешает.

Важно ли белорусу быть белорусом?

По нашим данным для 54% белорусов принадлежность к своей национальности очень важна, очень важно быть белорусом. И очень мало людей, всего около 4% ответили, что для них не имеет значения тот факт, что они белорусы. С возрастом этническая принадлежность ценится больше. И также, чем выше уровень образования, тем больше люди ценят то, что они белорусы.

Кого в первую очередь можно считать белорусом?

43% опрошенных считают, что белорус — это тот, кто вырос на белорусской культуре, 35% считают, что белорус — это тот, кто любит Беларусь. 33% считают, что белорус — это тот, у кого родители белорусы. И 31% считают, что белорусом можно считать того, кто сам себя считает белорусом. И при этом всего 4,5% ответили, что белорусом можно считать того, кто разговаривает по-белорусски. Такой идентификационный признак как язык не считаться важным.

Мы снова возвращаемся к вопросу языка. Что белорусы относятся к нему как к ценности, но практически использовать не хотят…

Так, только 12% согласны с тем, что белорусский язык — один из живых европейских языков, который надо использовать сегодня. Белорусским языком по нашим данным не пользуется почти 21% белорусов, а постоянно пользуются только около 6% белорусов. Для сравнения: русским языком постоянно пользуются почти 74% белорусов.

Тут есть противоречие между знанием и практическим использованием белорусского языка. 34% белорусов сказали, что свободно владеют белорусским языком. При этом, как я сказала, всего 6% им постоянно пользуются. Получается, что знают язык многие, а пользуются им мало. Причем, в неформальной обстановке, белорусский язык используется чаще — с друзьями, родными, соседями. Но, чем более формальная ситуация, чем более тематика разговора выходит за бытовые границы, тем меньше используется язык.

У меня возникают сомнения, что 34% действительно свободно владеют языком. Если языком не пользоваться, можно ли быть уверенным, что ты хорошо им владеешь? Я думаю, все-таки, неиспользование языка ведет к снижению им владения.

Возможно, когда люди отвечали, что свободно владеют языком, таким образом они просто высказывали свою солидарность. Такой способ поддержать родной язык… Ну, какой ты белорус, если не владеешь белорусским языком? Это, как и во время переписи, людей призвали отвечать, что они разговаривают дома по-белорусски, хотя это не так.

Так, человек ощущает, что если ты белорус, то должен свободно владеть языком. Поэтому так и отвечает.

Основная причина того, что не пользуются языком —  не в том, что его не знают, а в том, что не пользуется среда, так считают 54%. Говорят: вокруг меня никто не пользуется языком, поэтому и у меня нет необходимости его употреблять. Большинство считает, что виновата среда, а не я.

75% респондентов хотели бы больше знать о традициях и обрядах, 73% хотели бы больше знать о национальной кухне, 73% — об истории Беларуси, 60% хотели бы больше знать белорусских песен, сказок, легенд. Но вот смотреть художественные фильмы по-белорусски хотели бы значительно меньше людей — примерно 41%, слушать и смотреть теле-радио передачи по-белорусски примерно 31%, читать произведения мировой литературы по-белорусски — 25%. Иметь возможность постоянно пользоваться белорусским языком в общественных местах - на улице, в магазинах, транспорте — 24%... Иметь возможность получать образование по-белорусски — 19%. Иметь возможность постоянно пользоваться языком на работе — около 15%.

Получается, если идет речь о практическом использовании языка, если имеется в виду активное знание белорусского языка, процент резко снижается?

Есть такое. Меньше всего хотели бы, чтобы белорусский язык был распространен в армии. Наверняка есть такой стереотип, что если команды, то должны быть по-русски. И в бизнесе тоже…

Также мы задавали открытый вопрос о том, кого наши респонденты считают наиболее выдающимися белорусами. На первом месте в этом открытом вопросе — Франциск Скорина, его назвала четверть опрошенных, на втором — Машеров, назвали его 12%. Потом, уже с определенным отрывом, идут Кастусь Калиновский, Ефросинья Полоцкая, Александр Лукашенко, Тадэвуш Кастюшка и Лев Сапега.

Значительно ли отличаются взгляды молодежи и людей более взрослых на настоящее и будущее Беларуси? Удовлетворенность тем, как президент управляет государством?

Тут люди разделились примерно поровну на три группы. 29% респондентов — сторонники, защитники современного белорусского государства. Для них характерно отношение к государству как к семье, государство нас защищает, мы его дети, а лидер — наш отец. Эти люди защищают современное белорусское государство и очень негативно относятся к любой критике белорусского государства.

Вторая группа — это "критики". Для них характерно критичное отношение к современному белорусскому государству. Это группа около 35%, практически треть. Они отрицают современное белорусское государство, но при этом у них есть альтернатива. И это — европейский путь развития.

И третья группа, их тоже треть — это группа тоже очень ориентирована на европейский путь развития. Но при этом они не отрицают современную белорусскую действительность и государство. Они даже в чем-то разделяют мнение, что белорусское государство заботиться о нас как о детях, что Беларусь сохранила то лучшее, что было в Советском союзе. Я назвала эту группу — адаптированные. Они принимают современное белорусское государство и видят его перспективы в том, чтобы развиваться по европейскому пути.

Среди критиков больше всего молодежи и минчан. Это самая молодая группа. Апологеты современного белорусского государства, сторонники системы — это самая пожилая группа населения, 65 лет и старшие. Их как раз больше всего в витебской области. А адаптированные — это люди среднего возраста. Их много повсюду…

Я хочу остановиться на молодежи. Когда мы разговаривали о языке с Виталием Силицким, то выяснилось, что у белорусской молодежи ярко выражена амбивалентность. С одной стороны именно среди молодежи наибольше активистов, а с другой, и что было неожиданным, среди молодежи также самый большой процент людей с негативным отношением к белорусскому языку. Есть ли такая амбивалентность в других сферах национальной идентичности? И насколько это, в общем,проблема? И чем объясняется такая амбивалентность?

Я бы не была в этом так уверена. Конечно, определенная амбивалентность есть. Критиков больше всего среди молодежи, но довольно много и тех, кто принимает систему, так называемых "адаптированных". Но я бы не сказала, что среди молодежи много апологетов современной системы… Поэтому, наверняка, все таки, амбивалентность есть до определенной степени. Говорить, что молодежь амбивалентна по всем позициям национальной идентичности — я бы не стала такого утверждать.

Какой основной вывод можно сделать из этого исследования? Можно ли с уверенностью говорить, что национальная идентичность белорусов усиливается?

Такой вывод можно сделать, если есть несколько таких исследований, и мы можем наблюдать их во времени. К сожалению, у нас нет регулярных исследований на эту тему. Но, все-таки, какие-то отдельные исследования были и поэтому по основным позициям мы можем сравнивать. Национальная идентичность белорусов становится все более ими осмысленной.