Школы начали собирать информацию о сожителях родителей своих учеников. Зачем?

С нового учебного года белорусские школы начали собирать информацию о внебрачных партнёрах (сожителях) родителей своих учеников. Ранее в анкетах, которые учителя обычно просят родителей заполнить, такая информация не запрашивалась.

Об этом Еврорадио сообщили читатели и подтвердили учителя белорусских школ.

Мы расспросили социального педагога средней школы и правозащитников, зачем эта информация понадобилась властям.

“Школа должна понимать, что происходит в семье”

Для начала расскажем, зачем вообще нужны эти анкеты.

Каждый год в школах заполняются социально-педагогические паспорта классов. Чтобы их заполнить, классный руководитель должен располагать достаточно полной информацией о детях и их семьях. В первую очередь это связано с безопасностью самих детей.

Именно безопасностью наша анонимная собеседница, учительница одной из белорусских школ, объяснила, почему в этом году начали собирать информацию о сожителях.

“Есть такое понятие, как социально опасное положение семьи. В основном оно определяется по нескольким показателям. Например, если родители злоупотребляют алкоголем, оставляют детей без присмотра, еды и необходимого ухода либо не оказывают им необходимой медицинской помощи.

Для нас важно знать, в каких условиях живёт ребёнок. Бывает, что в семье происходят какие-то чрезвычайные ситуации, а школа просто не располагает необходимой информацией.

Поэтому от школы требуется знать, в каких условиях находятся дети и находятся ли они в безопасности. К сожалению, случаются пожары, гибнут люди, происходят самоубийства, насилие, в том числе сексуальное. Поэтому школа должна понимать, что происходит в семье”, — объясняет собеседница. 

Она не согласна с тем, что новая информация собирается для дополнительного контроля над людьми.

“Лично у меня информацию о моей семье никто никогда не запрашивал. Но на самом деле на разных уровнях и так известно очень многое: где человек работает, чем занимается и так далее. Здесь же мы собираем информацию именно для того, чтобы понимать, безопасно ли ребёнку находиться в своей семье”.

По словам учительницы, заполненные анкеты хранятся в школе и никуда дальше не передаются.

“У нас есть социальные паспорта каждого класса, они хранятся у социального педагога. Эти анкеты никуда не отправляются, в том числе в милицию. Могут приехать с проверкой и посмотреть, есть ли такие паспорта и ведётся ли эта работа, но сами анкеты остаются в школе”.

Классные руководители заполняют их достаточно подробно ещё и потому, что информация может быстро меняться. Например, ребёнок уже может жить по новому адресу, а классный руководитель об этом не узнает, если не будет регулярно обновлять информацию.

“Если, например, ребёнок погиб в пожаре или совершил самоубийство, вопросы возникают и к школе: где вы были, почему не заметили проблему, почему не отреагировали?

Сейчас очень распространены случаи самоповреждения. Кто-то может просто поцарапать себе руку, а кто-то может нанести себе серьёзные травмы. Поэтому мы должны понимать, что происходит с подростками и чем они интересуются, потому что с нас потом спросит вышестоящее руководство”.

“Это не даёт права на сбор сведений о сожителе одного из родителей”

Правозащитники соглашаются, что рациональным объяснением сбора дополнительной информации может быть получение ещё одного контакта с человеком в случае чрезвычайной ситуации со школьником.

Однако они не исключают и вариант, что новая графа может свидетельствовать не столько об объективной необходимости в этих сведениях, сколько о стремлении системы образования максимально расширить объём собираемой информации о семьях учащихся.

“Я бы здесь смотрела в сторону регулирования сбора и обработки персональных данных. В Беларуси с 2021 года действует Закон «О защите персональных данных», он требует, чтобы сбор и обработка персональных данных осуществлялись на законных основаниях и для конкретной, заранее определённой цели”, — говорит юристка правозащитного центра “Весна” Светлана Головнёва.

Это означает, что школа должна иметь конкретное обоснование того, на каком законном основании и с какой целью она собирает именно эти сведения. А родители, как законные представители детей, данные которых собираются, имеют право потребовать такое обоснование от администрации школы.

Школы встроены в систему образования, а районные отделы образования берут на себя и социальную функцию, выступая в качестве органов опеки и попечительства.

“Иными словами, органы образования с помощью школ осуществляют определённый контроль за условиями проживания, воспитания и содержания детей в семьях. Таким образом, сбор данных может быть продиктован необходимостью получения сведений о фактической семейной и бытовой среде детей для выявления потенциального неблагополучия”.

Однако наличие такой компетенции у органов образования не означает неограниченного права на профилактический сбор любых сведений о частной жизни всех семей.

“Хотя государство и имеет право интересоваться условиями, в которых живут и воспитываются дети, это автоматически не даёт права на сбор сведений о сожителе одного из родителей, особенно если этот человек постоянно не живёт с ребёнком и не участвует в его воспитании”.

В любом случае Головнёва предлагает родителям рассматривать данную графу как необязательную, как возможность при необходимости оставить школе контакты партнёра одного из родителей.