Как теперь устроено медицинское образование в Беларуси и что ждёт молодого врача

— Поступив в медицинский университет, ты с большой вероятностью его закончишь. При этом качество твоего образования во многом зависит от того, насколько серьёзно ты сам относишься к учёбе и какие условия тебе обеспечены, — говорит в эфире Еврорадио гинеколог Станислав Соловей, который занимается вопросами реформирования белорусской системы здравоохранения в Офисе Светланы Тихановской. 

В проекте “Беларусь 2030” он описал путь, который должен будет пройти молодой человек, который решится связать свою жизнь с медициной в Беларуси эпохи позднего Лукашенко.

— Теоретически поступить в Белорусский государственный медицинский университет сейчас стало довольно легко. Неважно, учусь я на бюджете или по целевому направлению.

Нас ждут относительно переполненные учебные группы. Ещё в год моего поступления и годом ранее, насколько я помню, в 2006–2007 годах, набор в Белорусский государственный медицинский университет увеличили на 20%.

Я помню, как преподаватели удивлялись: "И что нам теперь с вами делать на доклинических кафедрах?" Представьте себе ситуацию: чтобы рассмотреть препарат, приходится стоять боком и пытаться подобраться поближе.

А что делать на хирургических занятиях, когда в одной группе, например, десять человек? Лапароскопическую операцию ещё можно посмотреть на экране, но если операция открытая, то её смогут увидеть от силы два человека. А что делать остальным? Сидеть, ходить, ждать? — рассказывает Соловей.

Он отмечает, что качество обучения снижается, при нарастающем отрыве медицинского образования от практики. А что потом?

— Затем тебя ждёт годичная интернатура. И здесь многое зависит от того, где именно ты её проходишь и насколько активно участвуешь в работе.

Если это твоё будущее место работы, то коллеги, скорее всего, постараются вложить в тебя знания и опыт. Ведь им самим с тобой работать, и чем лучше ты подготовлен, тем легче будет всем.

Если же интернатура проходит в другом месте, то многое зависит от конкретных людей и обстоятельств. Условно говоря, хочешь — учись, не хочешь — можешь пройти её формально, — говорит Станислав.

После этого начинается работа по распределению. И здесь всё зависит от того, куда именно тебя направят, считает врач.

— Если ты попадёшь, например, в пятую городскую больницу Минска, то, работая врачом стационара, получишь определённые преимущества. Рядом будут опытные коллеги, к которым можно обратиться за советом, уточнить детали и попросить помощи. 

На дежурстве ты, как правило, не останешься один: обычно работает команда врачей, среди которых есть более опытные специалисты. Это уже определённая страховка.

Но если ты попадёшь в небольшой город, ситуация может быть совершенно другой. В какой-то момент неопытный доктор может услышать такое: "Слушай, молодой, разберёшься сам". И в результате врач может получить опыт в нейрохирургии, детской хирургии, проктологии и других направлениях.

Но это не означает, что такая ситуация хороша для пациента, — предупреждает Соловей.

Но пациенту нужен не просто врач, ему нужен специалист, который обладает достаточными знаниями, подготовкой и опытом для безопасного лечения.

— Не стоит думать, что французские хирурги хуже белорусских или что они не умеют нормально обучать студентов. Дело не в способностях врачей, а в системе подготовки и в том, сколько времени необходимо для приобретения профессиональных навыков.

Насколько я помню, в России продолжительность резидентуры увеличили примерно до трёх лет. В Украине подготовка по отдельным направлениям также может занимать до трёх лет. 

В Беларуси интернатура в основном длится один год, за исключением некоторых специальностей.

Поэтому за один год невозможно научить врача всему необходимому, — уверен доктор.

Что ждёт молодого специалиста на работе в небольшом городе? Соловей предупреждает о сценарии, когда он отстанет от современных подходах.

— Даже если там работают прекрасные коллеги, которые искренне хотят меня научить, они смогут передать мне только те знания и навыки, которыми владеют сами.

В результате, закончив двух- или пятилетний срок распределения, я могу оказаться специалистом, который уже отстаёт от современных медицинских подходов. Я не буду знать новых технологий просто потому, что у меня не было возможности с ними познакомиться.

Например, в Польше многие кардиологи самостоятельно выполняют имплантацию кардиостимуляторов. В Беларуси такие процедуры, как правило, сосредоточены в специализированных центрах, поскольку для их освоения необходимы соответствующее обучение и практика.

Нельзя просто дать молодому врачу стетоскоп, возложить на него ответственность и ожидать, что он самостоятельно освоит всё необходимое.

В итоге у врача остаётся непростой выбор: либо честно признавать границы своей компетенции и рисковать столкнуться с профессиональными или юридическими последствиями из-за того, что он не может оказать необходимую помощь, либо работать так, как принято в системе, стараясь не выделяться, — подитоживает Станислав Соловей.