Немцы захватили Брест, и крепость им не помешала

"Сегодня началась война, а вот несколько фото Брестской крепости в июне 1941-го. Возможно, какие-то из этих фото вы не видели. Да наверняка не видели. А некоторые факты тех дней вы, возможно, не знаете", — пишет Виктор Малишевский.

22 июня, в первый же день войны, 70 гитлеровцев прорвались в самое сердце крепости, цитадель, и захватили там церковь. По сути, они контролировали все дворы цитадели, и заперли наших наглухо — никаких внутренних ходов между казармами не было. Только потом оказалось, что они мешают своим же бомбить крепость, потому что свои там! Так что немцы пару дней пытались эвакуировать своих из крепости...

А здесь фотограф выбрал очень удачный ракурс. Можно было подумать, будто это не полуразрушенная Брестская крепость, а постоялый двор с садиком

Никакого стратегического значения Брестская крепость не имела. Она и для обороны не предназначалась. Крепость использовали как казарму. Войск в Брест тогда понаехало много, нары солдатские в крепости стояли в три-четыре яруса. По планам, войска должны были подняться по тревоге и выходить в районы сосредоточения. Так что. в крепости остались те, кто не смог выйти. И легендарный майор Гаврилов побежал в крепость выводить свой 44-й стрелковый полк. Не смог. Поэтому вынужден был отбивать атаки, пытаясь всё время из крепости вырваться.

Уже к 7 утра немцы взяли Брест — крепость им не мешала. Больше проблем было от тех, кто засел в подвалах Брестского вокзала — они контролировали железнодорожное сообщение, чем очень немцам досаждали. Справиться с защитниками вокзала немцы не могли почти неделю. 26 июня они начали затапливать подвалы, чтобы бойцы вышли. На это ушло двое суток.

Майор Гаврилов — это тот, кто дольше всех продержался в крепости. О нём бы фильмы снимать — терминатор Безруков отдыхает — там и сопли, и слёзы, геройство… Ну, скажем, на 27 июня было назначено рассмотрение персонального дела коммуниста Гаврилова за "распространение панических слухов о войне с Германией". Где 27 числа были те, кто собирался судить майора, не установлено. А что было бы с майором, если б война началась 28 июня?

До 23 июля майор прятался в крепостных щелях, в куче конского навоза — в восточном форте были конюшни. По ночам выходил на охоту за немцами. После освобождения из немецкого плена, естественно, исключён из рядов КПСС, ну и "в ссылку" — комендантом лагеря японских военнопленных в Сибири. Это ему ещё очень повезло!

Гаврилов в Бресте потерял семью — никаких следов жены после войны. В Сибири он снова женился. И вдруг через 15 лет, когда он уже героем Советского Союза приехал в Брест, в гостиницу к нему пришла женщина и рассказала, что его жена жива! Гаврилов забрал парализованную жену Екатерину Григорьевну из дома инвалидов с собой в Краснодар. Прожила она недолго…

А за два года до Великой отечественной Брестскую крепость осаждала… Красная армия. Крепость с недобитыми защитниками-поляками нашим любезно передал сам генерал Гудериан. И позорный фашистко-советский военный парад в Бресте… Так вот после парада наши ещё несколько дней штурмовали Брестскую крепость. А поляки, они сражались мужественно, совсем как наши погранцы, отражающие атаки того же немецкого генерала Гудериана в июне 41-го.

Гитлеровцы встречают наших в Брестской крепости. 1939 год. Добро пожаловать!
Тут оговариваются последние детали парада - кто кому отдаёт честь...

А вот ещё пару любопытных выдержек из дневника генерала Гудериана:

"Наблюдение за русскими убеждало меня в том, что они ничего не подозревают о наших намерениях. Во дворе крепости Бреста под звуки оркестра они проводили развод караулов. Береговые укрепления вдоль Западного Буга не были заняты войсками. Работы по укреплению берега едва ли хоть сколько-нибудь продвинулись вперёд за последние недели. Перспективы сохранения момента внезапности были настолько велики, что возник вопрос, стоит ли проводить артиллерийскую подготовку в течение часа, как это предусматривалось приказом.

…В 6 часов 50 минут я переправился на штурмовой лодке через Буг. Двигаясь по следам танков 18-й танковой дивизии, я доехал до моста через реку Лесна, овладение которым имело важное значение для дальнейшего продвижения 47-го танкового корпуса, но там, кроме русского поста, я никого не встретил. При моём приближении русские стали разбегаться в разные стороны. Два моих офицера для поручений вопреки моему указанию бросились преследовать их, но, к сожалению, были при этом убиты".

Сдавшиеся в плен были, конечно. Гитлеровцы несколько раз останавливали огонь на пару часов — предлагали сдаться. На Северном острове был палаточный лагерь новобранцев, призванных из Западной Беларуси, недавно присоединённой. Они все сдались без боя. Восточный форт сражался дольше всех, до 28 июня, пока немцы не сбросили полутонную бомбу на склад боеприпасов, гарнизон остался без оружия — сдался. Все кроме командира майора Гаврилова. И все воспоминания защитников крепости заканчиваются стандартной фразой: "Потом рядом взорвалось, я потерял сознание, очнулся в плену…" Это мало им помогало — почти всех после освобождения отселили куда подальше на восток — это в лучшем случае. Обычно — в лагеря, откуда их вытащили через 10 лет, но героями.

Августовский визит Гитлера в Брестскую крепость — тоже показуха. Специально для фюрера туда свезли орудия и танки.

А вот это письмо мне несколько лет назад чуть не продал генерал, который сейчас командует крепостью. Не письмо, конечно, а право его перефотографировать. А потому что у Брестской крепости план по платным услугам! Министерство культуры зарабатывает!

Письмо написано за месяц до войны. Оно очень трогательное, мне так кажется. Парень (он погиб в первый же день) пишет своей девушке Ире, флиртует с ней. Заканчивает письмо очень пафосно, а всё равно это трогательно, особенно, если знать, что дальше. Солдатик пишет, что офицеры танцевали в крепости чечётку, фокстрот, танго, сам он вальсирует с младшим командиром... Почитайте!