Экс-политзаключённый, которого мобилизовали в Украине: “Я уже отдал долг государству”

Гражданина Украины и бывшего политзаключённого Александра Котовича, отсидевшего в шкловской колонии № 17 по политическим статьям, в феврале мобилизовали. 

Произошло это потому, что Котович, после помилования и депортации в ноябре 2025 года из Беларуси в Украину, так и не получил от государства статус жертвы страны-агрессора. Украинское законодательство Беларусь страной-агрессором не считает, в отличие от России.

Еврорадио удалось взять интервью у Котовича, которому осталось две недели до конца обучения перед непосредственно военной службой.

— Александр, как вы? Каково ваше физическое и психоэмоциональное состояние?

— Поначалу было очень трудно и непонятно — спать на кроватях, сбитых вручную из досок разного размера, под землёй. Был шок, но постепенно привык. Сейчас, когда осталось две недели до конца обучения, уже гораздо проще.

— Каким образом сложились обстоятельства, что вас так быстро мобилизовали в армию после освобождения? Расскажите эту историю.

— Я вышел в магазин, и меня подрезал "каблук" Volkswagen Caddy [Территориального центра комплектования. — Еврорадио]. На мои документы никак не отреагировали, сказали, что подъехать надо, мол, там полиция, выпишут документ и меня отпустят, я смогу с адвокатом позже прийти. В итоге меня никуда не выпустили, и 19 февраля я уже был в учебном лагере.

— Как отреагировали на такую мобилизацию ваши родители из Одессы и родственники в Беларуси? Известно ли, что с ними сейчас происходит?

— Ужасно отреагировали, они не ожидали такого поворота. Они мне, как могут, помогают и поддерживают: финансово и морально. Я очень им благодарен.

— Расскажите, чем вы занимаетесь во время обучения в армии? Какой распорядок дня, чему вас учат?

— Распорядок дня следующий: в 5:30 подъём и поход за завтраком. Потом приём пищи, уборка. В девять начало обучения. 

Уроки разные: от тактической подготовки и тактической медицины до изучения характеристик пулемётов и мин, сапёрное дело и так далее. Все это до тринадцати часов, потом обед с 13 до 14. Затем с 14 до 18 снова обучение. После — самообучение либо чистка оружия. В 22 часа отбой.

— Как к вам относятся военнослужащие и другие призывники? Знают ли они о вашем опыте политического преследования в Беларуси? Что говорят и как реагируют?

— Все знают, и шокированы такой историей. Говорят, что по справедливости я уже отдал долг государству, отсидев за свою проукраинскую позицию в белорусской тюрьме.

— Вы говорили, что вопросом по отсрочке занимается адвокат. Известно ли, на каком этапе дело? Чего не хватает, чтобы решить его в вашу пользу?

—  Заявление зарегистрировано 27 марта в Министерстве развития общин и территорий Украины. Решать [будет] комиссия, что повлияет — неизвестно.

— Как вы сами считаете, справедлива ли та ситуация, в которой вы оказались? И почему так произошло?

— Я считаю, что нет. Мне бы хотелось пройти реабилитацию после тюрьмы и встретиться с матерью, которую я не видел четыре с половиной года.

— На что вы сейчас надеетесь? Готовы ли к развитию ситуации, когда адвокат не сможет добиться отсрочки и вы попадёте на фронт?

— К сожалению, этот статус не даёт отсрочки, потому что я уже служу с 19 февраля.

Статус даёт возможность отсрочить мобилизацию, а если уже призвали — со службы не снимет.