Вы здесь

Мордор — это когда не мы: зачем минские хипстеры плачут по тусовочной улице

Автозак на улице Октябрьской во время Vulica Brasil / facebook.com/vulicabrasil

Любой андерграунд стремится стать мейнстримом. И тусовочная улица Октябрьская в центре Минска не избежала этой судьбы. Пьяный полуостровок стремительно превращается во “всенародную” улицу. Вот только рады этому не все.

Оказалось, что “тусовочная улица как в Европе” должна быть таковой лишь для привилегированного класса новых минских мещан-буржуа. Прибывшим в уютный крафтовый рай “люмпенам” и “школоте” здесь не место. Но они уже здесь. Редактор 34mag считает, что “Мордор” уже на Октябрьской и отступать некуда — мутируют все.

Новоприбывшие на Октябрьскую не соответствуют без сомнения высоким стандартам “новых горожан” в музыке и отдыхе. Не те они ценности несут с собой, не ту атмосферу! Новый класс минских городских жителей хочет развлекаться в своём “потребительском гетто” без них.

Не каждый может стать своим

Vulica Brasil на улице Октябрьской / 34mag.net

“Новые городские” на пороге Святой войны. Говорят, к собственникам заведений, которые посягнули на их Новый Иерусалим, уже разосланы гонцы. В уютном “Фейсбучке” обсуждают, что делать с теми, кого не звали: ласково выталкивать или жёстко п*здить. 

В 2013 году Макс Старцев, один из основателей бара “Хулиган”, говорил в интервью, что они будут дебоширить и делают бар для своих. “Но, конечно, каждый может стать своим”, — закончил он тогда мысль. Оказалось, что не каждый.

Октябрьская больше не андерграунд. Теперь она мейнстрим. Количество заведений и людей будет только увеличиваться, а “качество” будет стремиться к массовым форматам.  

Андрюха, у нас Октябрьская! Возможно, распитие на улице! По коням!

Треш на Октябрьской был всегда. В выходные по ночам там всегда были подростки, распивающие на улице бухло, купленное в магазине. Там были горы мусора. Там были потасовки. Там били *бла. Где избили режиссёра Куприча? Этого просто стало больше, потому что на улицу теперь приходит больше людей. 

Если вы жаждете свободы — то почему всё чаще я слышу призывы вызвать на Октябрьскую милицию и ОМОН?

Автозак на Vulica Brasil / belsat.eu

“Я не понимаю, куда смотрят люди и почему там [на Октябрьской] до сих пор нет патрулей по вечерам, штрафов и камер”, — возмущается девушка, глядя на фотографию разрисованной кирпичной стены. Владелец нескольких заведений на Октябрьской Влад Луневич уже заявил, что во дворике около его закусочной “Лавки” будет охрана. А значит, там будут шмонать, выгонять и следить. 

Тот самый белорус, который недавно возмущался при виде автозаков на центральных улицах городов, теперь чувствует себя неуютно из-за того, что на улице Октябрьской мало милиции. Ему было бы намного спокойнее, если бы въезды на улицу перекрывались, а по углам были расставлены крепкие молчаливые парни в чёрной униформе с надписью “ОМОН” на спине?

Фотограф Сергей Гудилин предлагает более радикальные меры: “Создать дружины бородатых мальчиков в белых рубашках. Сверять бренды на аутентичность. Удалять неугодные плейлисты. Изымать контрафактные JBL. Устраивать общественное порицание в соцсетях. Организовывать марши за эстетическую красоту улицы по четвергам [с факелами. — автор]. Запретить Максу Коржу снимать клипы на Октябрьской”.

Мусор во дворике на Октябрьской / tut.by

Ждём, когда на Октябрьской наведут “конституционный порядок”. Ну и конечно, новая топчик-цитата: “Европа ценит нашу страну за чистоту”. Поэтому мы зачищаем тусовочную улицу. Но остаётся вопрос — так как же быть с “новым Берлином”?

Вторжение и апроприация

Происходящие с Октябрьской метаморфозы я нахожу очень интересными. Это всепоглощающая хаотическая и анархическая инклюзия, вторжение и апроприация городских пространств, борьба за них и доминирование над “новыми местными”. Потому что те оказались неспособны как-то защитить свою территорию.

Если бы у нас всё было нормально с городскими исследованиями, происходящее бы осмысляли и обсуждали на совсем другом — не таком потребительском — уровне. В городских медиа мы бы увидели совместные тексты с антропологами, историками и социологами. Вот живой материал — у нас на глазах меняется городская среда. И нужно понять почему.

Никто не попытался критиковать или анализировать происходящее на Октябрьской, когда её метаморфозы только начинались. Все продолжали молча наблюдать за изменениями. Это было началом конца той “Октябрьской”, о которой со слезинкой на щеке говорит автор 34mag.

Октябрьская после ночных тусовок в 2016 году, ещё до "Мордора" / tut.by

Классическая джентрификация влечёт за собой приход более крупных финансовых игроков и более зажиточных людей с постепенным вытеснением оставшихся местных и небогатых джентрификаторов.

Но в случае с Октябрьской мы видим, как оживление улицы и создание там нужной инфраструктуры привело к эффекту, когда посетителями улицы стали не только “новые городские”. Когда улица действительно стала всенародной и превратилась в “Мордор” — они вдруг поняли, что сами и разрушили свой рай. Когда в гетто просочилась реальная белорусская хтонь — наши “новые буржуа” в очередной раз испугались “глубинного народа”.

Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.

Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут.