Вы здесь

“Я будто “насиделся”, но наблюдать со стороны не могу”: анархисты о репрессиях

Блок анархистов на акции протеста в Минске

Масштабами репрессий после президентских выборов 2020 года и уровнем насилия со стороны властей поражены даже представители движения, которое подвергается репрессиям годами. Еврорадио поговорило с анархистами и узнало, как изменилась их жизнь после лета 2020 года и почему они продолжают бороться, даже когда страшно.
 

6 часов на коленях в лесу: как было до 2020 года

Осенью барановичскому анархисту Евгению пришлось уехать из Беларуси. Милиция стала им очень интересоваться. Хотя жизнь белорусских анархистов до 2020 года и так была неспокойной: прийти могли в любой момент.

Несколько лет до разгрома были расцветом белорусского анархизма, отмечает собеседник. 

Государство особо не обращало на нас внимания. Ближе к выборам 2010 года власти решили, что эти ребята опасны и нужно что-то с ними делать.

К 2013 году движение начало оправляться. А в 2014-м, на фоне Майдана в Украине, власти взялись не только за анархистов, но и за футбольных фанатов, представителей других субкультур.

В лучшем случае анархисты ожидали, что их будут всю ночь избивать в отделении. В худшем, что к избиениям прибавятся сутки или уголовное дело.

В 2018 году нашу встречу в лесу накрывали со стрельбой сотрудники ГУБОПиКа вместе с СОБРом. Миколу Дедка и ещё одного товарища избили. Мы шесть часов стояли во время дождя на коленях на земле. Некоторые лежали в траве. Через шесть часов они просто забрали несколько книжек и уехали.
 

“Чтобы не пугать нас, Микола даже снизил градус насилия”

Лучшее доказательство того, что в этом году силовикам позволено делать всё, — видео с “извинениями” Миколы Дедка, считает Евгений.

Микола Дедок на видео МВД / spring96.org

Я знаю Миколу очень давно. Это человек, который прошёл через много ужасных историй. Он уверен в своих убеждениях. Не могу даже представить, что с ним должны были делать, чтобы он сказал такое на видео. Была информация, как именно его пытали. Мне кажется, для того, чтобы не пугать нас на воле, Микола даже снизил градус насилия в этой истории.
 

Сосед нервничал и поправлял балаклаву

В 2020 году анархисты стали активно участвовать в предвыборных акциях солидарности.

Евгений с плакатом “Беларуская рулетка” на пикете в Барановичах / vk.com/barankipunx

Мы предложили местному штабу Тихановской [в Барановичах. — Еврорадио] свою аппаратуру с условием, что будет дан свободный микрофон и любой человек сможет высказаться. Я говорил о самоуправлении и о том, что даже в случае честных выборов один человек не решит наши проблемы. Это находило отклик у людей. Так что анархическая повестка сейчас популярна.

Речь Евгения на пикете Светланы Тихановской

Другая группа анархистов из Барановичей провела несанкционированный пикет 3 августа. На следующий день к Евгению в Минске уже ломилась милиция.

Про 9–11 августа ему рассказать особо нечего. Его с товарищами задержали 9 августа в одном из дворов недалеко от центра города. “Да, пять ребят, в тёмной одежде, коротко стриженые”, — сообщали начальству милиционеры. После уточнения фамилий, сказали: “Есть!”

Один сотрудник постоянно нервничал и поправлял балаклаву. Оказалось, что он сосед одного из моих товарищей, — вспоминает задержание анархист.

В ГОВД компанию ждала встреча со “старыми знакомыми”. Все получили сутки, несмотря на нестыковки в протоколах.
 

“У нас был шанс их додавить”

Неожиданно 16 августа Евгения с товарищами отпустили.

Массовая акция протеста в Минске во второй половине августа / Еврорадио

В стране должно было что-то кардинально поменяться, раз нас освободили на неделю раньше. Как я понимаю сейчас, у нас были реальные шансы в первую неделю просто их додавить. Уступки были только потому, что власти были слабыНо люди разошлись по домам.

Сразу после выхода из СИЗО Евгений снова включился в протестное движение в городе. Собеседник отмечает, что и мэр Барановичей, и начальник милиции обещали, что репрессий не будет, если акции будут носить мирный характер. Но вскоре протестующим и работникам бастующих предприятий стали приходить повестки. Снова начались задержания.

23 августа был массовый пикет в Барановичах. Мы ставили на нём колонки. В самом начале митинга к нам подходят сотрудники милиции, называют нас по фамилиям и говорят: “Ребята, вы довыпендривались. С вами будут разговаривать по-другому”.

После того как в здание прокуратуры в Барановичах 12 октября кто-то бросил “коктейль Молотова”, дома у Евгения прошёл обыск.

Анархист тогда был в Минске. Это можно было проверить по камерам видеонаблюдения у подъезда. Позже оказалось, что о нём спрашивают у других активистов ещё и из-за того, что кто-то пытался поджигать машины сотрудников внутренних войск.

После этого я решил, что мне на какое-то время стоит уехать.
 

“Они могут сломать любого”

Уехал Евгений в Польшу по туристической визе и, когда хотел вернуться, узнал о том, что задержали Миколу Дедка. Началась большая волна репрессий.

Протесты в Минске / Еврорадио

В Минске задержали очень много моих товарищей. Их избивали. Некоторых перезадерживали. Товарищ из Барановичей отсидел 37 суток, из которых девять был в одиночке из-за коронавируса. Одиночка — всё лечение, которое ему предложили.

Было желание ехать домой. Но когда я узнал, что произошло с Миколой, то понял, что не готов вернуться. Если они сломали Миколу, то они могут сломать любого.

Евгений говорит, что он пессимист, и отмечает, что текущий раунд “мы немножко проигрываем”. Всё же он надеется, что до конца 2021 года режим падёт.

Как только я увижу, что есть предпосылки для перемен, буду искать все возможные способы, включая нелегальные, чтобы вернуться домой.
 

“Отработать” каждого не хватает ресурсов

С начала протестов анархист Михаил [имя изменено, поскольку наш собеседник находится в Беларуси. — Еврорадио] успел трижды побывать на сутках. Особенность репрессий 2020 года — намного меньшее психологическое давление, отмечает анархист.

В некоторых случаях били, стоял на растяжке несколько часов. Психологическое насилие было, но по сравнению с 2017 годом не очень сильно давили. Тогда я был на допросах по несколько часов. Предлагали сотрудничество, угрожали проблемами с семьёй, на учёбе, со здоровьем, грозились в лес вывезти.

По мнению собеседника, чтобы “отработать” каждого, теперь не хватает ресурсов.

Дважды Михаила судили за участие в маршах, на одном из которых он не был.

Якобы я держал БЧБ-флаг и кричал “Жыве Беларусь”. Хотя я в жизни не держал БЧБ-флаг. Я признаю только чёрный или красно-чёрный. Абсурдные суды, судилища.

/ athens.indymedia.org

Пока анархист был на сутках, его удивило и порадовало, что за всё время в камере не было конфликтов, а решения принимались горизонтально.

На вопрос, не думал ли он об отъезде, Михаил отвечает, что страх, усталость и местами даже паранойя порождают такие мысли. Но уезжать он не собирается. 

Хочется тишины и покоя. Жить и чувствовать уверенность в завтрашнем дне. Я будто насиделся. Через несколько дней после суток становится очень тяжело, страшно. Из-за страха не хочется возвращаться на улицы. Но сутки сутками, а за права надо бороться. Просто наблюдать за всем со стороны я не могу.

Михаил считает, что протесту не хватает конкретики и решительных действий.

Ещё месяца полтора назад я бы сказал, что мы побеждаем. Сейчас не знаю, чего ждать. Нынешняя активность важна. Но менты всегда анализируют происходящее, а протест как будто стоит на месте. Люди выбрали комфортные способы протестовать, и всё. Но нам не стоит опускать руки. Мы через многое прошли, многому научились. Мы сможем получить победу, если будем развивать протест и не забывать о принципах солидарности и взаимопомощи, — заключает собеседник.

Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.

Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут.