Все сходят с ума по женскому футболу, кроме белорусов. Разбирались почему

Телеаудитория у женского Евро-2022 в этом году была больше, чем у трансляции платинового юбилея королевы Елизаветы. Женский футбол во всём мире набирает популярность. Вы удивлены, потому что, скорее всего, не следите за женским футболом. Пока.

Когда женская белорусская команда ФК “Минск” играла с “Барселоной”, зрителей едва набралось на небольшой клубный стадион на Маяковского. А теперь представьте, что было бы, если бы речь шла о мужской “Барселоне”?

Белорусский журналист и футбольный аналитик Дмитрий Синяк, который недавно вошёл в тренерский штаб лучшей женской команды Украины “Жилстрой-2”, объяснил нам, в чём красота женского футбола. И отдельно — чем он хорош в Беларуси. Почитайте, и когда в следующий раз женская “Барселона” приедет в Минск, — идите на стадион.

Дмитрий Синяк и львовская команда "Карпаты" / t.me/wfblr

“Девчонки не жалуются и не симулируют”

— Во время этого Евро многие неофиты женского футбола говорили, что он оказался более честным, чем мужской. Что это значит?

— Футболистки меньше симулируют на поле. Парни упадут при первом же удобном случае, чтобы заработать фол. А девчонки будут до конца пытаться устоять на ногах.

И они не жалуются. Это вам скажет любой тренер, который работает в женском футболе. Травмы у девушек могут быть более серьёзными, чем у парней, но они будут терпеть до последнего. Если футболистка скажет, что ей больно, то, значит, травма точно серьёзная.

Моменты Евро-2022 / @WEURO2022

И у них более честное, более искреннее отношение к футболу. И это при том, что зарплаты в женском футболе в разы уступают зарплатам в мужском. Но иногда девушки до такой степени любят игру, что отказываются от более высокооплачиваемых работ ради неё.

— А откуда такая разница в зарплатах? Вон продажи билетов на Евро-2022 были вполне себе сумасшедшими. 

— Сегодня женский футбол всё ещё с огромным трудом зарабатывает на жизнь даже в Западной Европе. И я не думаю, что клубы сейчас готовы обеспечивать более высокие зарплаты футболисткам без привлечения средств из мужских команд. К примеру, до пандемии в среднем на матчи сильнейшего женского дивизиона Англии ходило всего 3 тысячи зрителей. Сейчас эта цифра стала меньше практически в два раза.

Предположу, что топовый футболист Премьер-лиги за год продаёт в несколько раз больше маек со своей фамилией, чем все футболистки в Англии. В вопросе зарплат всё зависит от рынка и аудитории, которая готова платить. Мужской футбол более популярный, спонсоры готовы в него вкладывать деньги. От этого и такой разрыв.

Футболист Лионель Месси и реклама чипсов / facebook.com/leomessi

Я уверен, что большинство футболисток из белорусских профессиональных команд играют не из-за денег, а потому что им просто нравится эта игра. Они видят себя и всю свою жизнь в ней.
 

“Пришёл на стадион — встретил ОМОН”

— Но почему всей этой футбольной энергии не чувствуют зрители? Почему тот же матч с женской “Берселоной” едва собрал небольшой стадион?

— Хотя если бы приехала мужская команда “Барселоны”, можно было бы собрать любой стадион в Беларуси. Да, мы все живём стереотипами. Да, женский футбол уступает мужскому в скоростях, работе с мячом. Но хоть женский футбол менее скоростной, он более искренний.

Женский футбол в Беларуси / Reuters

А в целом в Беларуси не ходят даже на мужской футбол. У нас очень избалованная публика. Да, когда БАТЭ играл против топовых европейских команд, полные стадионы собирались. Но когда к нам приезжали команды послабее, аншлага уже не было.

Пора давно признать, что Беларусь — не футбольная страна, и культуры боления у нас нет. На Западе семьи тратят целый день, чтобы провести его на футболе. На стадион едут с самого утра — и там, на стадионе, уже созданы все условия для отдыха.

А у нас, идя на матч, ты на входе встречаешь ОМОН. Прошёл досмотр — начинаются проблемы с общепитом и зонами отдыха. А потом ещё и команда не всегда демонстрирует хороший уровень игры. Да и сами клубы далеки от своих болельщиков. И всё это вместе не делает нашему футболу хорошей рекламы, которая могла бы заставить людей массово ходить на матчи.

— Значит, единственный шанс играть перед восторженной публикой — уехать из Беларуси? В этом году белоруски уходили в топовые европейские клубы?

— Да, 2022 год богатый на хорошие переходы. Анна Сас стала второй белоруской в Бундеслиге за всю историю нашего женского футбола — уехала в одну из самых сильных лиг на планете. Она молода, опыта у неё ещё немного, и потому полноценно заиграть в немецком чемпионате не удалось. Но сам факт перехода важен, потому что в последний раз в Бундеслиге белорусская футболистка играла 20 лет назад.

А на днях белоруска Карина Ольховик перешла в клуб из итальянской Серии А, Анна Козюпа подписала контракт с одной из сильнейших команд Венгрии. Прежде наши девочки в основном уезжали играть в чемпионат России, что считалось потолком в развитии. Однако не скажу, что переход наших игроков в западные чемпионаты говорит о росте женского футбола в Беларуси — скорее активизация работы агентов на этом рынке.

— А белорусскую футболистку в зарубежном клубе легко узнать? У нас есть какой-то особенный стиль игры?

— Я до сих пор не могу ответить на вопрос, почему наши девушки уступают соседям в антропометрии. Если взять среднестатистическую футболистку из Украины, России или Польши, то она будет чуть выше, чуть шире в плечах и чуть быстрее в беге, чем белоруска.

Женский футбол в Беларуси / Reuters

Посмотрите на фото, где наша сборная выходит против условных норвежек: соперницы выше, шире. И это привносит специфику в характер игры. Если мы не можем перебежать, если мы не можем перетолкать, значит, надо делать ставку на выносливость и работать с мячом.

Наш чемпионат отличается тем, что девочки стараются играть технично, через средний и короткий пас, через комбинации. В Украине и России большинство клубов играют проще: отобрали мяч у своей штрафной, бьют вперёд — и вся команда побежала. Посмотрите на матчи условных московского “Локомотива” или криворожского “Кривбасса” — топовых клубов в своих странах. В Беларуси пободная тактика тоже встречается, но куда реже.
 

“В 15 лет наши дети уже отстают от лучших футбольных стран”

— А что с обучением? Для мальчиков создано больше возможностей тренироваться?

— У нас уже давно появились чисто девичьи команды при клубах и ДЮСШ: они есть чуть ли не в каждом райцентре. Проблема в том, что не хватает кадров: и самих детей, и тренеров, которые с ними работают. Причём как в женском футболе, так и в мужском.

Где-то не хватает квалифицированных специалистов, где-то инвентаря — полей, мячей. И всё это приводит к тому, что наши дети уже лет в 15 отстают по всем параметрам от сверстников из лучших футбольных стран. С взрослением разрыв в классе только увеличивается. Как в мужском, так и в женском футболе. А наверстать упущенное в таком возрасте уже сложно, поэтому во взрослом футболе тренером приходится восполнять пробелы в подготовке на юношеском уровне. И потому заграничные дети “более футбольные”, чем наши. К сожалению.

— Ну хорошо, женские футбольные команды у нас есть. Но значит ли это, что девочкам в школах всегда есть с кем играть? В этих командах есть хотя бы 11 человек?

— Да, не всегда. И чаще всего с недоборами сталкиваются на периферии. Тогда тренеры просто добавляют девочек в команды мальчиков.

Это нормальная мировая практика. К примеру, в Нидерландах и в других передовых футбольных странах девочки и мальчики вместе тренируются до 12 лет. Это помогает девочкам работать с мячом на одном уровне с мальчиками.

Юные зрительницы на матче / Reuters
Женский футбол в Беларуси / Reuters

Но в 12 лет у девочек начинается активная фаза роста. И совместные занятия становятся опасными, потому что девочки попросту становятся крупнее. Через год уже у мальчиков начинается всплеск роста. Но некоторые девочки и после 12 лет тренируются с парнями — у них не остаётся выбора из-за отсутствия своей команды. И иногда это плюс: парни в футболе сильнее, у них выше скорость, им лучше даётся работа с мячом, и девочки оказываются в условиях, когда им приходится работать на таком же уровне и более высоких скоростях.

— А сексизм в женском футболе есть? Для тренера, к примеру, переход в женский клуб — это “понижение”?

— Известные тренеры, которые перешли в женский футбол, в последствии сами признавали в интервью: поначалу они считали, что это понижение, а коллеги смотрели на них с улыбкой. Но потом поработали с девчонками, увидели их горящие глаза и поняли, что здесь такой же футбол, что и у мужчин. Только в нём легче добиться результатов, потому что меньше конкуренция.

Но да, средний тренер из мужского футбола будет топовым в женском. Это неприятно признавать, но пока реалии таковы. Я пока не помню примеров, чтобы титулованный тренер в мужском футболе перешёл работать в женский. Хотя не исключаю, что в будущем возможны такие примеры.

— Зарплат нет, зрителей — тоже нет. На чём вообще держится белорусский женский футбол?

— Футбол всегда держался на энтузиастах. Возьмём самый успешный женский футбольный клуб в Европе — “Лион”. С 2016 года команда шесть раз выигрывала Лигу чемпионов. У французского клуба за это время были разные тренеры, приходили и уходили игроки, но неизменным оставался владелец и директор Жан-Мишель Ола. Переходы футболисток, переговоры со спонсорами — всем занимается он. Отсюда и успех. Думаю, не будет в футболе Ола — закончится эра доминирования “Лиона”.

Похожий пример из белорусского футбола — это БАТЭ и Анатолий Капский. Пока Капский-старший был жив, у борисовчан всё было хорошо. Они достойно играли в еврокубках, поэтому и с деньгами у клуба имелась стабильность. Но Капский умер — и БАТЭ постепенно начал деградировать. Настолько сильным было влияние функционера на успехи клуба.

Анатолий Капский / фото "Наша Ніва"

В белорусском женском футболе тоже многое зависит от боссов на местах. За успехом любого женского клуба стоит энтузиаст-руководитель. Он ищет футболисток, он подбирает тренера, он создаёт условия для развития.

Одному вытянуть клуб сложно, но такие случаи есть. К примеру, Николай Касаткин и его “Бобруйчанка”. Да, в последние годы у команды мало что получается, но в начале нулевых она дошла до четвертьфинала Лиги чемпионов. Ни до, ни после ни один белорусский клуб до такой стадии еврокубков не добирался.

Касаткин занимается всем — и поиском финансирования, и комплектацией команды. И тренирует тоже он.

А для могилёвской “Надежды” этим энтузиастом был Александр Ласточкин. При нём в белорусском футболе открыли много имён. Ласточкин не боялся привозить и молодых иностранных футболисток: в Могилёве раскрылись молдованка Наталья Мунтяну, украинки Анастасия Филенко и Татьяна Козыренко.
 

Итоги Евро: “Ни за кого не болел, но могу сказать, кого мне было жалко”

— А на Евро за кого переживали вы?

— Наверное, я убил в себе футбольного болельщика. Больше слежу за тренерами, чем за командами. Если говорить про Евро, то мне было важно, что интересного покажут сборные, какие тренды зарождаются в женском футболе, что могу забрать в свою практику.

Дмитрий Синяк / t.me/wfblr

Но могу сказать о командах, которых мне было жалко. К примеру, португалки смотрелись неплохо, но им банально не повезло. Мне было жалко Данию, намного большего ждал от Норвегии. Словом, хватало неожиданностей в этом Евро.

У многих команд был хороший футбол. Просто у англичанок он оказался практичнее, ну и свои трибуны помогли.

— А вам бывает “жалко” мужские команды?

— Это не зависит от того, про женский футбол речь или про мужской. Каждая команда — это огромный труд футболистов, тренеров, административного штаба, руководителей. Когда начал работать в футболе изнутри, понял, как много работы делает каждый клуб при подготовке к матчу, но побеждает на поле всего один.

А футбол — это ещё и вред здоровью. Это не физкультура, это спорт. Бывают травмы, бывают даже летальные исходы. И не только у футболистов. Тренеры испытывают колоссальные психологические и физические перегрузки во время матчей. Когда-то читал, что западные учёные признали работу тренеров одной из самых опасных в мире. Вспомните великого Валерия Лобановского, у которого во время матча случился инсульт. У главного тренера жодинского “Торпедо” Якова Шапиро был инфаркт прямо на лавке запасных. К сожалению, врачам не удалось спасти обоих известных тренеров.

Сам до и во время матчей волнуюсь, но стараюсь, чтобы это не было видно подопечным — нервозность может легко передаться на команду. Точно так же переживают и другие тренеры. Поэтому жалко любую команду, когда она проигрывает.

Футбол — это не физкультура / Reuters

— Все — от британского премьера до зрителей, которые впервые видели женский футбол, — восторгаются победой английских “львиц”. А вы ещё накануне четвертьфинала писали, что ни одна из команд вас не впечатлила достаточно сильно, чтобы болеть за неё в финале.

— На крупных турнирах от команд не стоит ждать экспериментов, поэтому впечатлений оказалось мало. Практически все сборные сыграли на своём уровне и демонстрировали привычный футбол. На таких соревнованиях тренеры будут стремиться к тому, чтобы игра была понятна их подопечным. И если стратегия игры начнёт меняться во время важного турнира, это может привести к катастрофе. Игроки могут просто не успеть понять свежую задумку тренера.

Так что в финале англичанки думали не о том, чтобы играть ярко, а о том, как выиграть и завоевать титул. Поэтому было далеко от зрелищного футбола.

— А что смотреть, чтобы увидеть яркий футбол?

— Для начала нужно разобраться в своих футбольных вкусах, а затем искать команды, где работают тренеры, проповедующие такой же стиль. Кому-то нравятся частые перекаты мяча, кому-то наоборот по душе быстрые переводы из одной половины поля на другую. Найдите команду по своему вкусу и за неё болейте. Девочки это будут или мальчики — неважно. Но лучше, конечно же, поддерживать команду из своего родного города, в какой бы лиге она не играла.

Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.

Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут.