Вы здесь

“Все обо всём знают”: интервью с создателем фильма о педофилии в Костёле

Томаш (слева) и Марек Секельские / naTemat

“Нет слов, насколько нам стыдно!” — так Конференция Епископата Польши обратилась к верующим после премьеры документального фильма Томаша и Марека Секельских о педофилии в польском Костёле. За месяц “Только не говори никому”, снятый на польском языке, собрал 22 млн просмотров на Youtube.

О Костёле и мафии, о реакции священников на фильм и о том, сколько человек в Польше готовы говорить правду о ксендзах-педофилах, Еврорадио поговорило с Мареком Секельским — продюсером фильма и братом журналиста Томаша Секельского, режиссёра “Только не говори никому”.

Еврорадио: Говорят, за производство вашего фильма не взялся ни один телеканал, хотя вы предлагали многим…

Марек Секельский: Сама идея возникла три года назад. Мы искали канал, который согласился бы показать фильм и выступил бы в качестве заказчика. Но не получилось. И тогда осенью прошлого года мы решили собрать деньги с помощью краудфандинга.

Еврорадио: Почему не получилось договориться?

Марек Секельский: Мы пытались предложить фильм самым разным телеканалам, структурам и организациям, которые могли бы покрыть расходы, связанные с его производством. Все соглашались, что, мол, тема очень интересная, но все боялись конфликта с Костёлом, который мог бы возникнуть из-за этого фильма. В Польше католическая церковь занимает исключительно мощные позиции и обладает огромным влиянием.

Еврорадио: Но тема педофилии в польском Костёле отнюдь не является запретной для польских СМИ. Об этом много говорится и пишется.

Марек Секельский: Да, об этом пишут газеты и еженедельники. Но телевидение, которое имеет наибольший охват аудитории, избегало этой темы как огня. У нас любая критика Костёла воспринимается как атака на Костёл, а значит, на саму Польшу.

Польские СМИ очень громко говорили о педофильских скандалах в США, Германии, Ирландии. Когда это не касается польского Костёла, они выполняют свои обязанности так, как нужно. Но если речь идёт о польском Костёле — я, может, сейчас скажу обидные для кого-то слова, — то журналисты становятся на колени. Это правда!

Еврорадио: Что это значит?

Марек Секельский: К сожалению, польские СМИ не выполняли своих профессиональных обязанностей: вместо того, чтобы контролировать Костёл, который является очень мощной организацией в Польше, они этого не делали. Не смогли задать простых вопросов и добиться ответов. Поэтому наш фильм вызвал такой шок и возмущение в польском обществе — потому что этого до нас никто не показал.

Силой этого фильма является то, что мы использовали скрытые камеры. И благодаря им смогли показать, как жертвы ксендзов-педофилов встречаются с этими ксендзами. Я спрашивал у польских журналистов: “Послушайте, сколько лет польское телевидение использует скрытые камеры для выявления всякого рода нечистоплотностей? В политике, судах, полиции? Почему вы не сделали этого в Костёле?” Они отвечали, что, мол, ну да, ты прав, прав…

Кадр из фильма "Только не говори никому"

Педофилия — это огромная проблема. Но в Костёле она приобретает совсем иное значение. Во-первых, ксёндз очень часто воспринимается как сын божий. Во-вторых, та позиция, которую занимает Костёл в обществе, приводит к тому, что совершившие преступление часто избегают ответственности, потому что их “начальство” сознательно покрывает их деяния — ксендзов-педофилов просто переводят в другие парафии, города. И там они делают все те же ужасные вещи, снова совершенно безнаказанно. Нет другой такой профессиональной группы, как духовные лица, в которой бы царила такая степень безнаказанности, когда совершаются такие страшные преступления — сексуальные домогательства или изнасилования малолетних.

Еврорадио: Насколько трудно было найти собеседников для фильма?

Марек Секельский: И трудно, и не трудно. Соглашались многие, но кто-то, несмотря на то, что сначала бы готов разговаривать, потом отказывался. Кто-то приходил только для того, чтобы выговориться. Но благодаря тому, что Томаш очень известный в Польше журналист, у него есть все возможные награды, люди всё же соглашались с нами разговаривать.

Еврорадио: Я не ошибусь, если выскажу предположение, что для вас лично этот фильм стал довольно серьёзным эмоциональным переживанием? Учитывая то, что вы в качестве мужа одной из героинь этого фильма присутствовали при её разговоре с ксендзом.

Марек Секельский: Да, конечно. Не могу сказать, что с фактической точки зрения я узнал для себя что-то новое. Меня поразило другое: что костёлы в провинции приглашали ксендза, который имел пожизненный запрет работы с детьми. Он сидел в тюрьме! Но тем не менее его приглашают для работы с детьми! Вот это было для меня шоком! Казалось бы, очень простая вещь: педофил не должен работать с детьми, с чем тут спорить. Но нет, его приглашают.

Еще я очень сильно переживал, когда уже были последние приготовления для запуска фильма. Я чувствовал огромную ответственность — ведь мы взяли деньги на фильм от людей. И я очень боялся: оправдаем ли мы их ожидания? Как они оценят нашу работу? А вдруг они посчитают, что зря дали нам деньги?

Еврорадио: Сколько вам удалось собрать денег?

Марек Секельский: Около 457 тысяч злотых [$123,5 тысячи. — Еврорадио]. В краудфандинге участвовало 2,5 тысячи человек. Должен сказать, что изначально я был более пессимистично настроен, однако нам удалось собрать всю необходимую сумму за два месяца до окончания кампании.

Томаш Секельский, режиссёр "Только не говори никому"

Еврорадио: Вы рассчитывали, что фильм посмотрит более 20 млн человек?

Марек Секельский: Совершенно не рассчитывал. Эти цифры для меня стали шоком. Если бы было 5 млн, я был бы просто счастлив. А тут больше 20 млн! Это превзошло все наши ожидания. Уже готовы субтитры на испанском — фильм будет показан в Испании и в странах Южной Америки.

Еврорадио: Мне пришлось разговаривать с одним ксендзом, который десять лет назад пытался говорить о педофилии в Костёле. По его словам, тогда таких не боящихся говорить было не больше трёх человек — во всей Польше! Почему так мало?

Марек Секельский: На чём держится обучение в семинариях? И так происходит не только в Польше. Главное — это лояльность. Епископа нужно слушать и т. д. Я не знаю, можно ли это назвать прочисткой мозгов, но их так учат. И есть негласный договор о молчании. Сама структура Костёла как организации такова, что все обо всём знают. Но поскольку, во-первых, есть негласный договор о молчании, во-вторых, система воспитания построена на лояльности и, в-третьих, каждый на каждого имеет какой-нибудь грешок — вся эта структура по своей организации напоминает мафиозную. Хотя, учитывая, что Костёл существует две тысячи лет, это, скорее, мафия переняла что-то от него.

Еврорадио: Но почему происходит так, что преступления покрываются даже в правоохранительных органах?

Марек Секельский: Епископ может позвонить какому-нибудь региональному политику. Тот позвонит в министерство юстиции, а там — конкретному прокурору, который занимается делом. Поэтому часто ксендзы уходят от ответственности. Ну и потом есть ведь ещё давление общества: мол, это же наш любимый ксёндз! Разве он может совершить что-то плохое?! Есть слепая вера в святость конкретной группы людей. Хотя ксендзы — это такие же люди, как мы, со всякими слабостями. Их нельзя ставить выше закона.

www.eurointegration.com.ua

Еврорадио: Президент правящей партии в Польше Ярослав Качиньский заявил, что ваш фильм — это атака на страну.

Марек Секельский: Я не буду комментировать того, что говорят политики. Я считаю, что политики всех лагерей ведут себя безобразно в отношении этой проблемы.

Еврорадио: Вас обвиняют в том, что вы специально назначили премьеру фильма перед выборами в Европарламент.

Марек Секельский: Перед выборами в Европарламент? Нет, мы вообще не брали в расчёт какую-либо дату. Три года тому назад ещё никто не знал даты выборов в Европарламент. Следующий наш фильм должен выйти весной будущего года — и что? Когда людям не хватает аргументов, они начинают придумывать какие-то такие вещи.

Еврорадио: Как вы оцениваете реакцию на ваш фильм со стороны Костёла? Первые лица иерархии жёстко высказались о показанных фактах.

Марек Секельский: Я жду, когда ответственность понесут те, кто знал о преступлениях ксендзов, но покрывал их. Подождём. И будем присматриваться к тому, что они делают.