Вы здесь

Следим за порядком, мы же белорусы: как живёт палаточный лагерь на границе

Палаточный лагерь возле пограничного перехода Мядининкай на литовско-белорусской границе / "Новая газета — Балтия"

У дороги возле пограничного перехода Мядининкай на литовско-белорусской границе стоят палатки, на ветру развеваются бело-красно-белые и литовские трехцветные флаги. Вдоль трассы прикреплены портреты жертв репрессий в Беларуси. Люди с плакатами приветственно машут проезжающим автомобилям, многие сигналят в ответ. Этот палаточный лагерь протеста появился в Литве 5 июня. Такой же лагерь есть и в Польше на границе с Беларусью, вблизи пограничного перехода Бобровники–Берестовица.

Начать демонстрации у границ с Беларусью призвал один из лидеров белорусской оппозиции Павел Латушко, чтобы ЕС ввел более "твердые и эффективные" санкции против властей Беларуси. А от руководства Беларуси протестующие требуют освобождения всех политзаключенных и открытия наземных границ для граждан. После инцидента с самолетом Ryanair белорусы оказались словно в ловушке: большинство авиарейсов отменены, а сухопутные границы закрыты для всех, кроме официальных делегаций и лиц, следующих в служебные командировки, на лечение или на похороны близких родственников.

Палаточный лагерь возле пограничного перехода Мядининкай на литовско-белорусской границе / "Новая газета — Балтия"

На призыв Латушко откликнулись белорусы, получившие убежище в Литве по гуманитарным причинам. Изначально к этим протестам были причастны несколько белорусских неправительственных организаций, но теперь участники лагеря говорят, что сами скоординировали свои действия через телеграм.

В лагере собрались люди разных политических убеждений, представители нескольких инициатив и НГО, а также те, кто не причисляет себя ни к каким организациям. Многие из них не знакомы друг с другом. Некоторые жители лагеря просили не снимать их лица — у них есть основания опасаться за родных в Беларуси. "Новая газета — Балтия" поговорила с участниками акции.

—Кто вас организовал, как все началось? — интересуется корреспондент у приветливой девушки с косами и белыми и красными бантами. — Люди сами организовались, — улыбается она.

Это Марина Гарбусь из Минска, мама двоих детей, активистка кампании "Страна для жизни". Она работала в штабе Светланы Тихановской во время предвыборной президентской кампании в 2020 году. Ее муж был арестован, в Беларуси ей угрожает тюремный срок за политическую активность, поэтому она бежала с семьей в Литву.

Марина говорит, что литовские белорусы хотели повторить акцию польских белорусов, организованную Латушко. Получили разрешение на её проведение за несколько дней:

"Сразу взяли все, что было: палатки, пледы, сбросились деньгами, купили еду и просто сюда приехали. И когда мы уже были здесь, сняли видео, забросили в чат, что вот мы здесь, и все отлично, присоединяйтесь…

И много людей присоединились, на открытии было порядка 100 человек. Проблема еще в том, что сюда сложно добраться, не ходят автобусы, поэтому люди (с машинами) приезжали, выгружали партию людей, уезжали обратно, привозили новых. На выходных людей побольше", — поясняет Марина.

Одна из активисток лагеря, Мария Матусевич, добавляет, что территорию лагеря обозначили флагами, напомнили о политзаключённых.

"Ну и как-то все организовалось, и все продолжается. Я не знаю, есть ли здесь какой-то главнокомандующий, может я чего-то не знаю, но люди здесь как-то сами самоорганизовываются, и все сами на подхвате друг у друга, коллективное принятие решений", — продолжает Марина Гарбусь.

Будни

В будние дни в лагере живут те, кто может работать удаленно, как Марина. Она говорит, что на ночь здесь в среднем остаются 20-30 человек, есть ночные дежурства для его охраны, днем людей становится больше — около 50-ти человек. "Мы работаем, все в компьютере, в телефоне, сидишь, работаешь".

Марина Габрусь / "Новая газета — Балтия"

В Литве лагерю помогают обычные люди: привозят продукты и воду, дарят палатки, другие необходимые для лагеря вещи. Кто-то приезжает забрать мешки с рассортированным мусором, кто-то привозит людей, не имеющих своего транспорта. Люди сами обсуждают способы утепления палаток, генератор электроэнергии и душ.

"Я не уверена, что вообще нужен человек, который должен за порядком в лагере следить. Понятно, что есть общие правила безопасности, и о правилах ПДД нам напоминают таможенники, полицейские, а так каждый сам за себя отвечает и все чистые и аккуратные", — добавляет Мария Матусевич.

Распорядок дня здесь свободный, люди едят, когда кому удобно: продукты и вода в павильоне около палаток. Подальше от дороги стоит стол с едой, фруктами, водой, кофе и чаем. Булочки с творогом совершенно свежие — кто-то привез совсем недавно. Рядом место для костра. Подошел парень, забрал стоящие рядом 2 мешка с мусором. Нет, он не ответственный за мусор, просто сейчас у него было время и он заехал за мешками.

Недалеко от лагеря автозаправка, и там есть мусорные контейнеры, но их стараются не перегружать, поэтому мусор вывозят: "Следим за порядком — мы же белорусы". Туалет находится на этой автозаправке, все свободно им пользуются — там все чисто и аккуратно. Работница автозаправки относится к участникам лагеря доброжелательно.

"Нет ответственного за чистоту, сами все за собой убирают — вспомните, как белорусы во время протестов разувались, когда вставали ногами на лавочки", — замечает ещё одна участница лагеря.

Действовать решительно

8 июня протестующие планировали блокировать движение грузового транспорта, но после разговоров с полицейскими ограничились символическим шествием по трассе.

"Ну, если честно, я достаточно радикальных взглядов, надо перекрывать дорогу, каких бы штрафов это все не стоило… Ну а сколько можно кормить режим Лукашенко, сколько еще жизней будет стоить существование этого режима. Меня лично это коснулось, а скольких еще людей, которых я не знаю, но за которых душа болит", — говорит Мария Матусевич, гражданка Литвы.

Ей 22 года, она белоруска и почти всю жизнь прожила в Беларуси, там закончила школу и училась в БГУ. За участие в мирных акциях протеста в Минске в августе 2020 года она была задержана и избита в изоляторе на Окрестина. После освобождения Мария уехала в Литву и здесь уже получила извещение о штрафах и аннулировании ее вида на жительство в Беларуси.

Мария Матусевич / "Новая газета — Балтия"

"Само нахождение здесь людей, а некоторые ночуют здесь с самого начала лагеря, уже о чем-то говорит, это уже большое дело. А перекрытие дорог будет еще более значимым. Я знаю, что тут хватает людей для этого, частично перекрыть дорогу можно", — считает Мария Матусевич.

Пикеты у посольства РБ исчерпали себя, говорит Сергей Шалыгин"Дальнобойщики знают о нашем лагере, многие подъезжают и спрашивают, когда вы уже перекроете (дорогу)".

Сергей — один из создателей онлайн-платформы наблюдения за выборами "Зубр". Он бывший военный геодезист, после увольнения стал IT-специалистом. Из Беларуси был вынужден бежать после преследований за работу в штабе Сергея Тихановского. Вместе с ним в лагере его дочь-студентка. Сергей Шалыгин за то, чтобы блокировать дороги на какое-то время в течение суток, чтобы образовались очереди и грузоперевозчики сами стали бы объезжать Беларусь.

Сергей Шалыгин / "Новая газета — Балтия"

"Понимаем реакцию литовских силовых ведомств, с уважением к ним относимся, и они понимают нас. По закону это не разрешено, это препятствие транспортному потоку... Всегда можно найти решение, я предлагал, чтобы не кормить режим Лукашенко, развернуть транспортные потоки в обход Беларуси", — говорит Шалыгин.

Бессрочная акция протеста в палаточном лагере согласована с местными властями и в Польше, и в Литве, но на блокировку дорог разрешения властей не было. В день визита корреспондентов "Новой газеты — Балтия" в лагерь приехало много журналистов, прибыли несколько полицейских машин. Никаких инцидентов не было, полицейские вежливо и спокойно поговорили с участниками лагеря.

Сейчас участники акции ожидают новостей 14 и 16 июня, когда будет резолюция ЕС по Беларуси и встреча президентов России и США в Женеве.

Люди из Беларуси тоскуют по оставленным домам, друзьям и близким. Они бежали от преследований, пыток и арестов и не могут вернуться домой без риска попасть в тюрьму. Многие из них пережили физические избиения и пытки. Участники лагеря говорят, что они здесь, так как убеждены — это поможет им быстрее вернуться домой.

Палаточный лагерь возле пограничного перехода Мядининкай на литовско-белорусской границе / "Новая газета — Балтия"

По вечерам в лагере все собираются у костра, пекут картошку, жарят сосиски, поют песни и рассказывают свои истории.

"Здесь за лесом буквально наша Беларусь, и мы по ночам очень сильно ностальгируем, что вот наша страна, там наши близкие, наш дом, и очень тянет туда пойти, но ты понимаешь, что туда нельзя…

Бывает больно, многие выезжали через эту границу, и иногда так прямо накатывает — воспоминания, как мы бежали, как мы прятались, как мы плакали…Мы сюда переехали, но мы очень хотим вернуться. Мы сюда переехали, но я ни дня не работаю на себя, вся моя работа идёт на помощь политзаключенным, для Беларуси.

Почему я нахожусь здесь, хотя у меня дома двое детей? Потому, что я хочу вернуться, и мы все здесь хотим вернуться, и мы верим, что мы обязательно вернемся", — говорит Марина Гарбусь.

Татьяна Поклад, "Новая газета — Балтия"

Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.

Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут.