Вы здесь

Сергей Черечень: у нас с чиновниками диссонанс в восприятии мира

Сергей Черечень / Мария Войтович, Еврорадио

Я много с какими чиновниками общаюсь по роду своей деятельности. И у нас постоянно с ними определённый диссонанс в восприятии мира. Когда ты ему говоришь одно, а такое ощущение, что он живёт в другой Беларуси, — рассказывает председатель партии "Грамада" Сергей Черечень. В первом выпуске программы “Кандиdating” политик обсудил с редактором Еврорадио Змитром Лукашуком имидж партии, рассказал о “коммунистическом бэкграунде” и красотках, которые сопровождали его в Центризбиркоме.

Гендерное равноправие или красивая картинка?

— Когда мы подавали документы в ЦИК, я пришёл со своей командой. Она состояла в основном из ребят. В информационных лентах очень много было обсуждений "где гендерное равноправие?". Было и "братва рвётся к власти". Но мы не рвёмся к власти, мы хотим изменить нашу страну. Мы состоявшиеся люди, у нас практически весь коллектив состоит из бизнесменов, экспертов, аналитиков, политологов. Это люди, которые могут спокойно работать по своему направлению и не особо заморачиваться, какая у нас политическая, общественно-политическая обстановка в стране. И вот мы собрались, а девушки говорят: “Ребята, мы тоже хотим показать, что есть не только вы, но есть ещё и наш женский коллектив, и наш женский коллектив тоже красив, тоже имеет место быть в команде”. 

Политика как бизнес

— Мы не европейские страны, не Россия. Там это бизнес. У нас это определённое самопожертвование, потому что мы на это тратим очень много времени. А время для нас — это один из самых ценных активов. Потому что оно быстро заканчивается и его нельзя купить за деньги. И ребята это прекрасно понимают. Но у них есть желание, чтобы через год, два, пять, десять они были вписаны красной или чёрной ручкой в какие-то исторические процессы. И они могли бы сказать внукам, что “а я вот это сделал”.

Че!

— Многие проводят параллель, почему “Че!” — Че Гевара, Зеленский [президент Украины на выборах использовал лозунг “Зе!”. — Еврорадио], время “Ч” в военном лексиконе. Но мы романтики — верим в победу, в перемены, в светлое будущее. Может быть, это юношеский максимализм, хотя у нас там уже есть и далеко не юноши, но тем не менее.

О фальсификации выборов

— Понятно, что результат, скорее всего, и в этот раз тоже будет фальсифицирован. Но люди настолько сейчас уже напряжены и на грани. Может быть, от одного не будет зависеть результат этой кампании, но если людей много, в этом случае это уже совсем другая песня. То есть если люди будут выходить на мероприятия, поддерживать своих кандидатов и это будут не пикеты из 10-15-20 человек, если это будут пикеты, тысячи человек, то и власть тоже посмотрит, что она реально делает что-то не то.

Когда Черечень заговорит по-белорусски?

— У меня сейчас плотный график. А понятно, что [чтобы заговорить по-белорусски] должны быть коммуникативные навыки и постоянный тренинг. У меня ещё два года после 9 августа расписаны в активном темпе. В 2023-м, я уверен, мы сядем за чашкой кофе и пообщаемся на белорусском языке. Мы в своей программе декларируем, что российская и белорусская мовы это хорошо. Но нам надо ещё и развивать английский язык.

О “героях нации”

— Я со многими чиновниками общался по роду своей деятельности. И у нас постоянно диссонанс в восприятии мира. Когда ты ему говоришь одно, а такое ощущение, что он живёт в другой Беларуси. И я вижу, что он не лукавит, что он не юлит где-то в своём восприятии. Он реально так видит ситуацию. Он сидит в своём кабинете, за большим стеклом. Приходят какие-то ребята, которые приносят ему отписки-подписки. Он смотрит на бумаги, а там всё хорошо. Он сам не выезжает в регионы, он не видит замученных людей, которые у нас в Беларуси живут. Понятно, что по Минску ситуация в лучшем раскладе. Но я когда приезжаю в регионы, мне реально больно смотреть. А чиновники этого не видят. Они живут в своём мире и считают, что всё хорошо. И вот пока мы не покажем, не через информационные ленты, социальные сети, что у нас не всё хорошо, нас не всё устраивает, они будут дальше гнуть свою программу. И будут считать, что они герои нации.

Коммунистический бэкграунд

— Когда я оценивал направления политического развития, я посмотрел, какие есть организации. Коммунистическая партия, другие организации. Все они были менее известны, менее ротируемые. И я решил, что я пойду, узнаю, пообщаюсь, что там за люди, какая у них реальная внутренняя идеология. Сейчас нету сильной поляризации между левыми, правыми, центристами, анархистами, это всё равно сейчас всё размыто. И я попал к коммунистам. Да, я потратил полтора года, но я не слишком много чего там делал. Мне не давали ничего делать. И мои предложения они отфутболивали на старте. В партии я получил ценный опыт: как работать в политической структуре, как мотивировать своих сотрудников, чтобы они не сидели с унылыми лицами и не тупили в стол, а реально хотели что-то сделать. 

Партийные перспективы

— Мы за полтора года реструктурировали много внутренних процессов. Это отличный базис, чтобы идти дальше. Нельзя что-то делать по щелчку. Необходимо сначала провести анализ. Сделать экспертное заключение, потом перенастроить процессы и уже с работающим механизмом идти вперёд. 

Мы прекрасно знаем, какой должна быть страна наша в будущем, чтобы детям не было стыдно здесь жить. И чтобы они не хотели уехать. Понятно, что это не сразу — тысяча, две, три тысячи человек пришло, и вот что-то куда-то бежать, что-то делать. Нет. Мы должны в первую очередь на своём примере показать, каким образом мы будем это делать. И вот я по крупицам собираю тех, действительно, людей, которые смогут внести преобразования.