Вы здесь

Мёд, кони, рыбалка: что уже можно в Полесском радиационном заповеднике

Полесский заповедник / wikimedia

В конце прошлого года Александр Лукашенко отдельным указом открыл Полесский радиационный заповедник для туристов. Уже организовано несколько маршрутов для ознакомления с белорусской зоной отчуждения. Белорусское государство смотрит на туристический бум в украинской зоне и хочет себе такой же.

Но не туризмом единым. Около ⅓ от территории заповедника (~70 тысяч гектаров) занимают экспериментальные хозяйства. Там разводят племенных лошадей, организуют пасеки, выращивают зерновые. В 2018 году заложили яблоневый сад. 

Часть полученной продукции идёт на продажу. Давайте посмотрим, как белорусские власти монетизируют земли, пострадавшие от аварии на Чернобыльской АЭС.

(Не)правильный мёд

За последние десять лет пчеловодство в заповеднике сильно развилось. Сегодня здесь живут около 250 пчелиных семей, а начиналось всё с пяти. После того как в 2017 году здесь побывал Александр Лукашенко, количество пчелиных семей увеличили в 3 раза по его личному поручению.

Первый заместитель директора Полесского радиационного заповедника Геннадий Гапоненко заверяет Еврорадио, что мёд проходит все необходимые проверки. Его покупают и сотрудники заповедника, и местные жители, и гости из ближнего зарубежья: 

“За этот сезон пчёлы принесли около 5 тонн меда. По радионуклидам всё проходит. Это всё находится в экспериментально-хозяйственной зоне. Пасеки находятся в Брагинском, Хойникском и Наровлянском районах, собственно, как и наш заповедник. Все пасеки обследуются ветеринарами, чтобы соответствовали санитарным нормам”.

Трёхлитровая банка мёда стоит всего 30 рублей. Но полученный мёд не только продают: ещё им премируют сотрудников, которых в заповеднике более 700 человек. “Обычно ничего не остаётся”, — скромно заверяет Геннадий Гапоненко.

(Не) только мы с конём

Конеферма в Полесском радиационном заповеднике появилась в 1996 году, вскоре после визита Александра Лукашенко, который настоял на том, чтобы там начали выращивать лошадей. 

“Тогда закупили 40 лошадей, большая часть которых — русские тяжеловозы. Сейчас у нас их уже 371, — рассказывает ведущий зоотехник фермы Елена Болдырева. — В 2006 году мы стали племенной фермой. В 2018-м продали 50 голов, в этом году планку повысили. Только за прошлый месяц продали 22 жеребца”.

По словам Елены Болдыревой, лошадей в основном покупают фермерские хозяйства и частные лица, в том числе для агроэкотуризма. Цена на такого скакуна начинается от тысячи долларов: “За прошлый год продали почти полсотни лошадей на 72 тысячи рублей. В нынешнем, чтобы увеличить потомство, оставили больше кобылиц. В планах на ближайшее время — довести численность до четырёх сотен”.

Русские тяжеловесы / Гомельская правда

Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.

Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут.