Вы здесь

Грузинские министры на 8 лет моложе белорусских

Средний возраст кабинета министров Беларуси — 54,4 года.

В соседней Латвии средний возраст их кабинета министров "моложе" нашего — 48,8 года. Младшая там — 34-летняя мнистр финансов Дана Рейзниеце-Озола.

Еще более молодой кабинет министров Грузии, его средний возраст — 46,5 года, это на 8 лет меньше, чем белорусский. 35-летний министр иностранных дел Михаил Джанелидзе в нем "самый молодой".

18 человек в белорусском кабинете министров старше 55 лет.

Разница ощутимая, но действительно ли возраст влияет на работу правительства?

Грузинский политолог и руководитель "Национальной платформы гражданского общества Восточного партнерства" Лаша Тугуши говорит, что омолаживание госаппарата Грузии началось после распада СССР.

"Я даже могу сейчас вспомнить случай, когда Шеварднадзе способствовал продвижению по карьерной лестнице нескольких старших лейтенантов. За какие-нибудь 5 лет они превратились в генералов и заняли ключевые посты в МВД", — вспоминает политолог.

Такие же тенденции продолжились и при Саакашвили, такой же стиль присущ и нынешнему правительству. Молодые руководители — это воплощение новых подходов в политике.

Политолог, директор исследовательской программы по восточному соседству и России Финского института международных отношений Аркадий Мошес считает, что "старые" чиновники также могут работать эффективно.

По его словам, современное западное общество базируется на институтах, там кадры далеко не решают все. Многое зависит от качества аппарата, бюрократии:

"Сколько там движений по горизонтали происходит. Сегодня он министр иностранных дел, завтра — министр финансов. Это не значит, что он сам разбирается в этом. Это значит, что он несет политическую ответственность и готов проводить политическую линию, определенную его партией", — объясняет политолог.

Намного важнее, чтобы чиновники знали свою страну, обстоятельства, с которыми им придется работать. Они не должны бездумно применять те модели, которым их научат. Молодые люди могут так же корумпироваться, а пожилые могут быть гениями и виртуозами в руководстве, — высказывает мнение политолог.

В 2011 году среди сотрудников исполнительной власти старше 50 лет было 23%, в 2013 году их стало почти 27%, — свидетельствует Белстат.

Еще одна интересная особенность. Белорусские министры в большинстве своем получали образование на родине. Схема приблизительно такая — сначала местный институт или даже колледж, а после Академия управления при Президенте. А вот почти все грузинские и латвийские министры, особенно молодые, получали ученую степень на Западе.

К примеру, премьер Грузии закончил Тбилисский медицинский университет, после Тбилисский государственный университет по специальности планирование промышленности, а степень магистра финансов получил в Иллинойсском университете США.

По мнению Лаши Тугуши, чиновники, которые обучались на Западе, более ценны своим опытом работы в мировых системах (финансовых, банковских), фондах. Их опыт способствует более быстрой интеграции страны в мировую экономику.

Заседание Совета Министров Беларуси. Фото: government.by

А вот Аркадий Мошес считает, что высокой эффективности можно достичь и во время обучения в своей стране, главное в правильном направлении развивать образование. По его мнению, хотя в Беларуси и сохранен номенклатурный принцип, белорусские чиновники в "технократическом плане" способны на многое.

"Они способны учиться и развиваться. Они совсем не похожи на косных персонажей из произведений Гоголя. Проблема в том, что задача, которая ставится перед этими людьми не ориентирует их на развитие и движение вперед. Она ориентирует их на выполнение номенклатурных заданий", — говорит политолог финского института.

При старых функционерах можно проводить изменения в определенных областях и даже иметь результаты.

Но глобальные и системные реформы без серьезных кадровых перестановок совершить будет очень сложно, — подводит итог грузинский политолог Лаша Тугуши.