Голубев: Студенты думают, что Скорина придумал Правила дорожного движения

Еврорадио: В советские времена
многие ученые защищали диссертации по истории компартии, а какие темы для историков
теперь в топе?

 

Валентин Голубев: В советские времена были две популярные темы. Необходимые темы для
власти. Первая - история революции и история той партии, которая пришла к власти.
А вторая - темы социально-экономической истории с точки зрения марксизма-ленинизма.
Таким образом, на первый план было поставлено прославление партии, которая победила
и социально-экономическое обоснование того, что они правильно сделали. Когда исчез
Советский союз, когда образовалась независимая Беларусь, начался отход от этих вопросов.
Партийный вопрос отклонился. Ученые обратились к вопросам культуры, к вопросам отношений
с нашими соседями, вопросам военной истории. И все темы, которые раньше запрещалось
изучать. То, что потом назвали белыми пятнами в истории. Это и история ВКЛ, вхождение
Беларуси в состав Российской империи, и те преступления, которые совершала советская
власть на территории Беларуси.

Еврорадио: А что сейчас происходит
в исторической науке?

 

Валентин Голубев: Сейчас у нас происходит третья волна развития исторической науки.
Она уже учитывает и то негативное, что было в советские времена и то, что было на
волне эйфории, когда мы получили независимость. Потому что перехлёстывания никогда не хороши. Могут
быть разные мнения, но они должны быть основаны на фактах. Теперь наши ученые уже
могут спокойно анализировать наши прошлые отношения с литовцами в ВКЛ, с поляками
- в составе Речи посполитой, с россиянами - в составе Российской империи. Хорошо,
что исчезли из ученых текстов неправильные, оскорбительные высказывания. Теперь
нет, как было в Советском союзе, нужных для государства тем. Задачи, которые ставятся
со стороны государства - примерные. Например, сегодня говорят, что мы дружим с восточным
соседом, и появляется масса статей, а то и более серьезных работ, где пишут о родственности,
единстве, поцелуйчиках. Потом одно-два
высказывания немножко не такие, и те же самые люди уже могут писать, что мы не так
их и любим, как им бы того хотелось. Наука не должна обслуживать государство, власть,
структуры, какими бы они не были.

"Архивы бывших репрессивных учреждений закрыты для исследователей"

Еврорадио: А остались ли белые
пятна в истории, и по каким причинам?

 

Валентин Голубев: Белые пятна в истории будут всегда. Они бывают по разным причинам.
Бывает очень тяжело найти исторические источники. Я два года назад защитил докторскую.
Занимался вопросом сельской общины в XVI-XVIII веках в Беларуси. Утверждалось, что
у нас этой общины не было. Во всем мире была, а у нас - нет. Оказывается, что не
было соответствующих источников на виду. Их нужно было искать по всем архивам. Этим
я занимался 25 лет. Другое дело - когда источники закрытые для исследователей. В
1990-х годах, когда я был депутатом
Верховного совета, мы настаивали, чтобы были открыты архивы КГБ и МВД. Архивы тех
времен, когда у нас были массовые репрессии. К сожалению, я не пошел тогда и не
наделал себе копий в архиве. Был уверен, что процессы демократии уже необратимы.
И если не каждый человек, но исследователь, из Академии наук, может пойти и посмотреть
эти архивы. Не должно быть в обществе закрытых вопросов, тем более, о том, что было
раньше. Но сегодня архивы этих учреждений, репрессивных учреждений, какими они были
в советское время, опять закрыты. Мы так и не написали точно историю 1930-40-х годов. Мы не знаем, действительно ли
была организация "Союз освобождения Беларуси", за которую массово сажали
ученых, литераторов, поэтов, политических деятелей. Мы не знаем - эту организацию
придумал НКВД, или она действительно была. Если она была действительно, нам нужно
гордиться этим, теми людьми, которые готовили выход Беларуси из Союза в те страшные,
сталинские времена. Если это провокация, то тоже нужно говорить, что люди пострадали
ни за что. Ведь история - учитель жизни. Если мы увидим, что в прошлом были такие
провокации от власти, то мы можем рассчитывать, что это может быть каждый день.
И у нас, и в других странах - это должно быть предостережением.

Еврорадио: Какое место в сегодняшней
исторической науке занимает идеология, и какое место она должна занимать?

 

Валентин Голубев: О том, должна ли быть государственная идеология, разговаривали во
многих странах, разговаривают и сегодня. Люди имеют право думать по-разному. Нормально,
когда существует несколько точек зрения. Страну должно что-то объединять, но это
должна быть национальная идея. В нормальных странах это есть. Но это не приказывается
сверху и не расписывается, как ты должен любить свою страну. Нельзя людей загонять
в строго определенные рамки, в особенности идеологические.

"Россияне говорили, что мы - русские, только испорченные поляками.
А поляки, что нас испортили россияне".

Еврорадио: Можно ли написать
учебник по истории безо всякой идеологии? И кто это должен делать: белорусы или
нет?

 

Валентин Голубев: Написать учебник можно, но то, что он будет точно правильный - вряд
ли получится. Я считаю, что должно быть несколько таких учебников. Кто должен написать
такую историю? Полагаю, белорусские исследователи, потому что она должна быть написана
с белорусской точки зрения. Мы начинали с того, что нашу историю писали либо поляки,
либо россияне. Поляки говорили, что мы почти поляки, только испорченные россиянами.
А россияне, что почти русские, только испорченные поляками. Только мы можем оценить
то, что было, и сделать правильные выводы. Соседи всегда подскажут так, как выгодно
им.

Еврорадио: А многое изменилось
в исторической науке с советских времен?

 

Валентин Голубев: Изменилось многое. Уже есть осознание, что не нужно отказываться от
непопулярных тем. Интересно исследовать войну: порезали, убили, победили. Обвинить
кого-то. Эти вопросы интересны, но они долго не живут. Важно исследовать процессы,
которые происходили. Кандидатские, докторские, которые сейчас защищаются - высокого
уровня. Недавно все обсуждали выступление руководителя страны, который сказал, что
диссертация должна решать проблемы европейского уровня. Но решить вопрос белорусской
истории, не значит решить европейскую проблему. Можно написать работу по изучению
истории одного города. И такая работа нужна. Но это работа локального уровня. Поэтому
я считаю, что по отношению к гуманитарным наукам критерии должны быть другими. Что
касается соседей. Сейчас российская наука открыто признает, что Российская империя
- была империей, что Советский союз тоже был империей. И даже теперь это империя,
и будет такой, только если будет расширяться.

Что Беларусь исследовала глубже соседей? Эта история Отечественной
войны. Значительно лучше исследована, чем где-нибудь. Но исследовано не все. Я не
могу сейчас прочитать работу, основанную на фактах о начале войны. Почему за неделю
был занят Минск, почему к концу августа была занята вся Беларусь? Почему генерал
Павлов не дал приказа, давать отпор немцам? Почему его отозвали в Москву и расстреляли
без разбора? Эти вопросы есть. Вопросы геройства, партизан больше исследованы.

Еврорадио: Есть ли у нас сегодня
историческая художественная литература высокого уровня, уровня Генриха Сенкевича, например?

 

Валентин Голубев: Я сразу могу назвать Владимира Орлова. Его первая книга - "Таямніцы
полацкай зямлі" в 1990-е была учебником, который многим раскрывал глаза на
наше прошлое. Это такая даже агитационная литература. Но увлекательных книг, как
Дюма писал во Франции, как Сенкевеч
в Польше, такого у нас нет. Кроме "Чорнага замка Гальшанскага" Короткевича.
Но сюжетов много. Я, к сожалению, не смог бы так написать. Когда студенты читают
научную литературу, они работают, когда художественную - отдыхают. К сожалению,
нет пока таких книг. Нет еще человека с такой божей искрой.

"Я три года жил на 500 тысяч в месяц"

Еврорадио: Насколько сегодня
перспективно быть исследователем?

 

Валентин Голубев: Я очень хотел, чтобы мой младший сын пошел в науку. Он окончил исторический
факульте,т и мне хотелось передать ему свои наработки, и архивные материалы. Он
сказал: "Папа, я не хочу быть таким бедным как ты". Наукой сейчас занимаются
те, кто любит науку. Признаюсь, три года я был в докторантуре. Стипендия докторанта
- 500 тысяч. Я три года жил на 500 тысяч в месяц. Вспомнил студенческие времена.
Не покупал пиво, газеты не покупал. Потому что 1,5 тысячи - это уже были деньги.
Но это заставляет сконцентрироваться. Ученому моего уровня проще. Доплачивают за
степень, за звание, за стаж. Уровень оплаты ученых на Западе и у нас разный. В Женевском
университете профессор читает в неделю одну лекцию на два часа. А получает в десятки
раз больше, чем у нас.

Еврорадио: Какое за последнее
время было самое взрывное открытие в исторической науке?

 

Валентин Голубев: В последнее время я вижу только то, что у нас происходит много переосмыслений.
Два года назад в Советской Беларуси прошел круглый стол по вопросам БНР и событиям
25 марта 1918 года. И мне было очень приятно, что и главный редактор, и директор
Института истории признали, что БНР - это наша история. Что наши политики в те времена
смогли заявить о белорусских интересах. И признали, что эта дата важна и для науки,
и для государства. И вот то, что это было впервые открыто, на государственном уровне
сказано - очень важно.

Еврорадио: Много ли ученых диссертаций
защищают в год?

 

Валентин Голубев: По большому счету, нужно больше. Нужно больше, и мы сейчас начинаем
это ощущать. Например, нужна масса рецензентов при защите, которые были бы докторами
наук по специальности, и мы их не набираем. Маловато у нас сейчас защищается. По
гуманитарным вопросам: два-три человека в год.

"Скарина придумал первые правила дорожного движения".

Еврорадио: Какими темами интересуются
студенты, и многие из них потом продолжают заниматься наукой?

 

Валентин Голубев: Последние годы шатания в программах привели к тому, что заинтересованность
стала меньше. Это не касается исторического факультета. Туда идут люди, которые
хотят заниматься историей, наукой. И то, уровень подготовленности после школы сейчас
ниже, чем был пять лет назад. На историческом факультете БГУ студенты сами определяют,
чем заниматься. Каждый идет на свою кафедру. Но, если сравнивать с Европой, мы материально
менее обеспечены. Если бы государство хотя бы аспирантам начало давать командировки
за границу - уровень кандидатских и докторских был бы выше.

Еврорадио: Может, вспомните
какой-нибудь курьезный случай с экзаменов, или защиты курсовой?

 

Валентин Голубев: Практически не бывает такого, чтобы не посмеялся. Из последнего. У
парня на экзамене спросил: когда Минск был освобожден от немцев? Тот говорит:
"9 мая 1945 года". Говорю: "Сначала дошли до Берлина, а потом вернулись?".
Тот отвечает: "Да".

Понравился анекдот моей коллеги. Она у студентов Педагогического университета
спросила: "Чем знаменит Скарина?". Они ответили: "Он придумал первые
правила дорожного движения, потому что придумал Малую падарожную кніжку!" На
истфаке такого не бывает. А на остальных
факультетах мы изучаем историю в кратком объеме. Поэтому, иногда, наши выпускники
проигрывают в интеллектуальных разговорах, спорах своим коллегам из Литвы, Украины,
России, Польши. Не говоря уже о французах, немцах, которые обязаны выучить свою
историю. А мы, к сожалению, учим ее вскользь.