Вы здесь

Решетников: Я против единого государства. России сил не хватит всех содержать

Слова Леонида Решетникова, директора Российского института стратегических исследований, взорвали все белорусские СМИ. Фразы о том, что белорусскому языку всего 90 лет и наша страна – часть Великой России, привели к протесту МИД Беларуси. Такого еще не было.

Правда, то самое Постановление Оргбюро ЦК ВКПБ «О создании белорусского языка» не найти. Связываемся с Леонидом Решетниковым и сразу же спрашиваем, где раздобыть документ?

«Возьмите подшивку “Правды” за 1926 год. Документ опубликован на первой странице. И это Постановление Оргбюро ЦК ВКПБ, так и называетсяО создании белорусского языка. На меня-то зачем обижаться? –недоумевает Леонид Решетников. – Еще полтора года назад газета лежала в Полоцке в первом зале исторического музея на самом видном месте. Я не филолог и ничего не хочу утверждать. Я говорю, что Постановление было и называлось «О создании белорусского языка». Вот этот документ и опровергайте. А я только сказал, что, получается, языку 90 лет». 

 

«То, что раньше говорили на белорусском, – и Скорина, и 300, и 200 лет назад – это было»

 

В Национальном полоцком историко-культурном музее-заповеднике утверждают, что один экземпляр газеты «Правда» у них имеется, газета посвящена Первой мировой войне, а не белорусскому языку. Ни одной «Правды» за 1926 год в музее нет. Кстати, в том году в БССР проходил академический конгресс по реформе орфографии белорусского языка.

Еврорадио: В 1860-х годах на территории нашей страны выходила газета «Мужыцкая праўда». Тексты были написаны на белорусском языке. Он очень похож на нынешний литературный язык. Да что говорить о XIX веке! В 1517 году наш первопечатник Франциск Скорина издал “Псалтырь” на тогдашнем белорусском языке. Может быть, вы могли что-то неправильно интерпретировать?

Леонид Решетников: Я ничего не интерпретировал. Я сказал, что такой документ был. Наверное, его создали, потому что мало кто говорил на белорусском языке. Тем более, Западная Белоруссия не входила в состав СССР. А это те районы, где больше всего говорили на белорусском. Эти территории вошли в состав Советского союза только в 1939 году. Наверное, Восточная часть Белоруссии вообще не разговаривала по-белорусски, и поэтому принимались такие решения. Я так предполагаю.

А то, что раньше говорили – и Скорина, и 300, и 200 лет назад – это было. Я не отрицаю. Был такой язык, развивался, потом начал исчезать. Это естественные процессы. Но как МИД может протестовать по вопросу филологии? Я такое могу себе представить в 30-е годы в Советском союзе. 

 

«Все начинается с разделения истории. Имеется ввиду увлечение Литвой, Польшей»

 

«Все начинается с разделения истории и языка. У меня вся семья связана с украинцами – полтавскими, днепропетровскими. Они не понимают нынешний украинский язык, – продолжает Леонид Решетников. – За последние 20 лет такая украинизация языка произошла! Это же делалось преднамеренно, чтобы отделить от русского языка. Мы тут в России, многие образованные люди, обеспокоены этими процессами. Но язык еще ладно. Как только мы начинаем делить историю, смещать акценты, начинается самое трагическое. Ваш президент лет 7, 8,10 назад говорил совсем другие вещи. В последние годы началось смыкание с националистической оппозицией. Это их постулаты. Но если это и для МИДа постулаты, то начинаешь думать: а что же все-таки происходит?»

 

Еврорадио: Вы считаете, что в Беларуси дело тоже идет к конфликту?

Леонид Решетников: У меня мама из Гродно. И я уверен, что украинского сценария в Беларуси не будет. Только исходя из национального характера белорусов, их разумного отношения к жизни.

Еврорадио: Вы говорите о разделении истории. Что вы имеете ввиду?

Леонид Решетников: Примеров очень много. Я сейчас не готов к основательному интервью на эту тему. Но имеется ввиду увлечение в истории Литвой, Польшей. Кстати, Беларусь – не мой специалитет, я специализируюсь на Балканах.

 

Почему нужно любить Пушкина, а не Мицкевича?

 

Еврорадио: Вы предложили гордиться Достоевским и Пушкиным, а не Мицкевичем. Но ведь Пушкин писал о Мицкевиче строки: «Он вдохновлен был свыше и свысока взирал на жизнь». Поэты дружили, а вы их сегодня противопоставляете.

Леонид Решетников: Ранний Пушкин поддерживал декабристов. В молодые годы он писал строки о Мицкевиче. А есть Пушкин и более поздний, преданный Николаю Первому, преданный православной церкви и монархии. А Мицкевич писал грязные строки о России, мы тоже это знаем. Пушкин и Достоевский всегда являлись гордостью основной массы белорусов. А сейчас я задаю вопрос: «Если вы разделяете историю, вы не хотите ими гордиться?» Получается, вы их будете признавать только как великих писателей? Мы тоже признаем и американских, и английских писателей. Но это все не то, они не наша национальная гордость. Нельзя по этому вопросу переходить на общечеловеческие представления. Пушкин и Достоевский – это наша национальная гордость и белорусов, и русских, и украинцев. 

 

Еврорадио: У нас могут наказать как за оскорбление белорусского языка, так и за оскорбление русского. А ваш человек, говорят, широкая душа, он часто рубит с плеча. Может быть такое, что русские люди неправильно понимают белорусов в последнее время?

Леонид Решетников: Мы ничего против белорусского языка не имеем. Мы против искусственной белорусизации. Слава Богу, что есть театр, есть кино. Никто пока не сказал, что в Беларуси преследуется русский язык. Но не надо делать фетиш из этой вот белорусизации. Ну, говорят люди – и слава Богу. Учат – и учат. Россия тоже перегибает палку, фетишизирует вопрос о национальных языках. Мы не запрещаем, поддерживаем. Но некоторые силы используют это как своего рода орудие. Чувство меры должно быть во всем.

 

В этом смысле мы просто единый народ, если не считать Западную Беларусь, где распространен католицизм

 

Хоть в России множество народов, но самыми близкими для русских Леонид Решетников считает именно украинцев и белорусов, которые имеют свои национальные государства.

«У нас единая история, единая среда и был единый язык. Не надо забывать, что мы – восточные славяне. В этом наше единство. И оно не должно раскалываться из-за того, что мы сейчас в независимых государствах. Эти государства должны оставаться дружественными, братскими и полными взаимодействия. На каком бы языке вы ни говорили, все равно это один корень.

Русский язык сейчас тоже не такой, на каком говорили в XVIII веке. В этом смысле мы просто единый народ, с единой историей, единой судьбой и единой верой, если не считать Западную Беларусь, где распространен католицизм.  А раз вы спорите, значит у вас есть тенденция отделения от этого общего корня, ствола. Вы вот так вот реагируете раздраженно, протестами, оскорблениями».

Леонид Решетников во время встречи с патриархом Сербии Иринеем

 

Еврорадио: То есть, речи о том, что Беларусь должна лишиться независимости, нет?

Леонид Решетников: Ни в коем случае. Я как русский патриот всегда говорил, что мы должны ограничить себя определенными границами, а то у нас сил не хватит всех содержать и всех поддерживать. Я не за то, чтобы объединяться в единое государство. Я хочу, чтобы мы и с Болгарией существовали как союзные братские страны, и с Сербией. Чтобы они не были в НАТО – с нашими противниками.

Еврорадио: Считаете ли вы проблемой, что белорусские власти принимают польского министра и делегацию МВФ?

Леонид Решетников: Знаете, для меня более важная – сакральная часть. Страна должна осуществлять свою независимую политику, свои интересы. Все остальные вопросы, экономические, буду решаться быстро, если мы будем объединены на идейном, духовном уровне. А у нас как раз здесь и появляются заторы. Маркс и Ленин учили, что все определяет экономика. Не согласен. Все определяет порядок в мозгах и в сердце.

Еврорадио: Одним из главных менеджеров белорусской культуры в XX веке был как раз русский – Владимир Мулявин.

Леонид Решетников: Этот человек много сделал и заслуживает любовь и уважение. Он все делал с чистыми помыслами и не противопоставлял Россию и Беларусь. Мулявин привел к тому, что мы полюбили белорусские песни на белорусском языке. Это была искренняя любовь русского человека к белорусской традиции и культуре. Я же говорю о другом – о противопоставлении. Если вы считаете, что этого нет, значит, я чего-то не замечаю. Дай Бог, чтобы я ошибался. Но так же в России думают сотни тысяч людей.