Вы здесь

Один день волонтера: Как ищут пропавшего мальчика в Беловежской пуще

Фото: Еврорадио

На выходные 23 и 24 сентября несколько тысяч волонтеров со всей страны и даже зарубежья съехались в агрогородок Новый Двор, чтобы помочь в поисках 10-летнего Максима Мархалюка, пропавшего в Беловежской пуще. Корреспондент Еврорадио на один день превратился в волонтера и присоединился к самой масштабной поисковой операции в истории Беларуси.

ЛАГЕРЬ, около 9 утра

Всего в субботу, 23 сентября, здесь собралось около тысячи волонтеров со всей Беларуси. Утром холодно и пасмурно, все волнуются, чтобы не было дождя. На всех светоотражающие жилеты, которые раздают бесплатно. Кто-то обматывает ноги целлофаном и скотчем.

Лагерь добровольцев и поисково-спасательного отряда "Ангел" расположился на территории школьного стадиона. Здесь раздают еду, наливают горячие чай и кофе, выдают воду и что-нибудь перекусить. Все это делается силами волонтеров. Люди передают целыми пакетами крупы, тушенку, растворимое пюре, кофе, чай, сахар, воду. Школа и местный исполком на выходные разрешили использовать свои помещения, в том числе кухню и туалет, но только до 16 часов, потом они закрываются.

 

Здесь же волонтеров отправляют на поиски. В каждой группе от 20 до 80 человек, в зависимости от того, насколько большие территории они будут проверять. Кроме добровольцев в отряде всегда есть представители МЧС и лесники.

Вся территория вокруг деревни разбита на квадраты, чтобы было проще распределять их для проверки. Волонтеров отправляют проверять только лес, болотами занимаются спасатели и военные, а водоемами — водолазы.

То и дело по громкой связи объявляют, что ищут среди добровольцев опытных следопытов, охотников или хотя бы просто тех, кто умеет пользоваться компасом и ориентироваться по карте. К сожалению, "Ангел" оказался не готов к такому наплыву добровольцев, и у них не было нужного количества координаторов, раций и амуниции.

Над головой пролетают вертолеты МЧС, они кружат над лесом весь день в попытках заметить среди деревьев мальчика. По ночам на них же проверяют окружающую территорию с помощью тепловизора. Однако до сих пор поиски ничего не дали.

У всех чувствуется нетерпение перед выходом в лес и легкое возбуждение. Кто-то тут еще с пятницы, кто-то только приехал. Но все бодры, пьют кофе из пластиковых стаканчиков, обсуждают последние слухи.

Слухи здесь распространяются быстро и чаще всего абсолютно недостоверные. Якобы где-то видели какого-то мальчика на опушке леса, но он, заметив волонтеров, убежал, или что с вертолета видели парня, который прятался среди деревьев. Все эти разговоры и слухи никак не подтверждаются и чаще всего официально опровергаются, но это не мешает людям в них верить.

Я попадаю в отряд из 80 человек. На нас всего 6 координаторов и три рации. Координаторы — молодые парни и девушки, лет по 25, из региональных отделений поискового отряда "Ангел".

Нас распределили по машинам, выезжаем в заданный квадрат колонной.

ДОРОГА, около 10 утра

Оказавшись в в стареньком УАЗике районных МЧСников, мы, подпрыгивая на ямах, направляемся в сторону нужного участка леса. Проезжая по деревне, один из спасателей замечает:

— Ты посмотри, местным уже все равно, в поисках одни приезжие участвуют.

— Ну а что, жизнь-то продолжается, да и картошка не убрана и грибы поперли как бешеные.

— Попригоняли людей из двух областей. Я слышал, спецподразделения МЧС и солдат болото загнали проверять. А вчера всю ночь над лесом вертолеты кружили с тепловизором, говорят, нашли пару точек, нас потом отправляли туда. И нифига там не было.

— А волонтеров?

— Волонтеров не трогали, только нас. Мы государственные люди, нас можно, мы же на зарплате.

Беседа прерывается, и начинают обсуждать волонтеров:

— А слышали что они сегодня говорили? Загнать парня как "зверя".

— Да, докатились, он уже как зверь для всех. Хотят его выгнать из леса, как животное.

— Да ты посмотри на них, все с ножами, ничего не стесняются.

— Ну а что ты хотел, всем же говорят, что здесь рыси водятся и волки. У нас же на каждом дереве по рыси, которая так и норовит прыгнуть на кого-нибудь.

ПОИСКИ, около 11 утра

Наш квадрат оказывается километрах в пяти от деревни.

Вдоль дороги выстраивается цепочка из 80 человек. Он растягивается метров на 400. Через каждые 10 волонтеров стоит координатор. Но раций только три, две по бокам цепи и одна в центре. Во время инструктажа объясняют, как двигаться, когда останавливаться, что проверять и на что обращать внимание.

В лесу цепь из людей постоянно рвется, кто-то выбегает вперед, кто-то, наоборот, отстает, то разбегаются друг от друга, то сбиваются в кучу. Большинство волонтеров впервые участвует в поисках, они неопытны, своенравны и считают, что знают, как правильно. Чем больше группа, тем сложнее ее координировать, а если раций мало, то практически невозможно.

Движемся вперед медленно, часто останавливаемся, это многих раздражает. Время от времени вспыхивают споры с координаторами, кому-то не нравится, как они руководят.

"Ваня, выключи ты эту рацию и пошли как идем, не будем останавливаться, а то мы так один километр целый день будем идти, — возмущается парень с надписью "Ivatsevichi Ultras" на майке. — Эти координаторы школу хотя бы закончили? Или хотя бы армию? Понабирали по объявлениям".

Ваня его не слушает, хотя злится и ругается с координаторами. Люди двигаются вперед, однако через минуту снова останавливаются.

Проходим первый участок леса, выходим на поле. Люди так разбежались друг от друга, что последние из леса вышли минут через десять после появления первых. Мы прошли чуть больше километра, и это заняло около получаса. Поиски в этом квадрате ничего не дали. Координаторы решают разбиться на несколько мелких групп по 20-30 человек и проверить меньшие участки.

Местные МЧСники после первых поисков уходят. Мол, у них приказ было проверить только этот лес и они возвращаются на базу для дальнейших указаний. Увидим мы их только вечером, когда вернемся на базу, они будут вяло лежать на траве и отдыхать.

"Очень сложно, когда в отряде много местных. Он в этих лесах 25 лет грибы собирал и считает, что знает, как нужно правильно искать, таких постоянно надо убеждать что-то сделать, на это тратятся время и силы, которые можно было бы направить на поиски", — делится мнением один из координаторов .

Наш отряд разделился на три меньшие группы. Одна отправилась проходить лес в обратном направлении в сторону машин. Две других ушли проверять небольшие рощи.

Мы доходим через поле до чистого соснового леса. Ветер продувает его, здесь нет кустов, только мох и высокие сосны. Спрятаться здесь негде. На краю рощи находят куртку детского размера, которую уже успели обжить пауки и наделать там небольших паутин, рядом валяются туфли. И хотя куртка и ботинки не подходят под описание, часть людей начинает играть в детективов:

— То есть вы считаете нормальным, — спрашивает одна из девушек, любящая озвучивать различные "страшные" версии произошедшего с пропавшим мальчиком, — что вот так просто валяются какие-то детские шмотки в лесу?

— А что, вы думаете, здесь действует какой-то языческий культ как в "Настоящем детективе"? — убеждает ее один из волонтеров.

Девушка замолкает, но явно остается неудовлетворенной. Координаторы фотографируют куртку и ботинки, помечают место на карте и двигаются дальше. Пройдя сосновый бор, мы снова оказываемся на поле. Теперь объединяемся со второй группой из нашего отряда. Люди, которые ушли к машинам, не вернулись.

Вдали, на окраине леса, видна какая-то фигура в красной жилетке. Согласно описаниям, парень был как раз в такой. Координаторы отправляют одного из своих проверить. Выясняется, что это один из военных.

Мы входим в очередную рощу, сплошной бурелом. И тут крики откуда-то сбоку:

“ААА, *****, ******* МАТЬ, ААААА!

Слышится треск ветвей, кто-то из чащи прорывается к полю не разбирая дороги. Ну все, думаю, на медведя напоролись. Из леса вылетает косуля и прыжками бежит от нас прочь.

Михаил, лет за 30, бывалый охотник, приехал сюда из Гродно, говорит, что его десятилетний сын рвался вместе с ним, но, к счастью, он его не взял и не жалеет:

"Мы тут с ребятами поговорили и пришли к единому мнению: наши поиски — это не столько надежда найти его живым, сколько вообще узнать о его судьбе. Вряд ли он еще жив. Потому что не может такого быть, чтобы так много людей искало его уже больше недели и не могло ничего найти".

Ближе к вечеру отправляемся в обратный путь. Проверив еще несколько участков леса, выходим на дорогу и уже идем по ней.

"Это впервые на нашей памяти такие сложные и массовые поиски. Обычно у нас в поисках участвует человек 30-40 максимум, а на этот раз цифры идут уже на тысячи. Конечно, организация хаотичная, никто с таким большим количеством людей дела не имел, — рассказывает координатор. — У нас были поиски и пять дней, когда бабушка в лесу заблудилась, мы ее потом нашли живую, спокойно себе спала в какой-то ложбине, а все эти дни питалась ягодами и растениями".

Возвращаемся к машинам. За почти семь часов поисков мы нашли несколько неопознанных следов, несколько курток, одна из которых детская, и старые ботинки 40 размера, которые вряд ли принадлежали 10-летнему мальчику. Как свидетельствуют представители отряда "Ангел", другие группы тоже ничего не нашли. Мальчик исчез, словно его поглотила белорусская хтонь.

ЛАГЕРЬ, около 6 вечера

В лагере тем временем кипит жизнь. Подвезли горячее питание. Все устали, в паутине, в грязи, несмотря на то, что была теплая погода и не было дождя, в лесу сыро и много луж. Школа закрылась и перекрыла доступ волонтерам к воде, электричеству и туалетам. К счастью, за это время успели подвезти биотуалеты. Воду грели на переносных газовых плитках и в чайниках, подключившись к единому бензиновому генератору.

За это время в лагере появилась автолавка "Белкоопсоюза". Кому-то волонтерство и бесплатная помощь, а кому-то бизнес.

Ближе к 19 часам приехали военные с полевой кухней и обеспечили лагерь горячей пищей. Те, кто здесь с пятницы, собираются уезжать, но их место занимают новые. Большинство ночует в машинах, кто-то — в палатках или квартирует у местных. Почему для ночлега школа не смогла дать хотя бы спортзал — непонятно, тем более что все равно на выходных занятий нет.

Ночью никаких вылазок не будет. МЧС планирует еще раз проверить весь лес с помощью тепловизора на вертолетах. Этот поиск, как и предыдущие, ничего не даст.

Вечером я уезжаю на попутной машине обратно в Минск. Многие остаются на второй день, но мало кто надеется найти парня живым. Мы выезжаем на главную улицу агрогородка Новый Двор, местные жители стоят возле своих заборов, смотрят на машины волонтеров. Садится солнце. Завтра будут новые поиски, которые тоже ничего не принесут. И жизнь для всех других продолжится.