Гуманитарная миссия, торговля или переговоры: как освободить политзаключенных
![Нобелевский лауреат, правозащитник Алесь Беляцкий приговорен к 10 годам заключения / spring96.org](/sites/default/files/styles/gallery_main/public/2023-08/bialiacki.jpeg.webp?itok=vaZGyx6w)
Нобелевский лауреат, правозащитник Алесь Беляцкий приговорен к 10 годам заключения / spring96.org
Сейчас в Беларуси почти полторы тысячи политзаключенных. Некоторые из осужденных по политическим статьям, вопреки оптимистичным прогнозам, уже успели полностью отбыть наказание и выйти на свободу. И решения этой наболевшей проблемы до сих пор нет: ни у активистов, ни у экспертов, ни у политиков.
Так что же делать, как освободить людей из тюрьмы? Координационный совет инициировал обсуждение этого вопроса. В нем приняли участие представитель Объединенного переходного кабинета Валерий Ковалевский, активистка объединения родственников и бывших политзаключенных Светлана Мацкевич и политолог Павел Усов. Еврорадио делится главными мыслями спикеров.
Добиваться переговоров с режимом?
Валерий Ковалевский, который занимается внешней политикой в Объединенном кабинете, настаивает на переговорах и поиске компромисса.
– Мы готовы к диалогу, и частью этого диалога является освобождение политзаключенных, их реабилитация, полное восстановление их прав, их возможности участвовать в политическом процессе в Беларуси. К сожалению, многочисленные попытки с нашей стороны не находили отклика у власти. Режим отвергает все предложения и жесты, и это продолжается уже фактически два с половиной года. Тем не менее, мы сохраняем эту позицию, — говорит Ковалевский.
При этом политик считает, что манипулировать санкциями в этом вопросе — не слишком удачный метод. Ведь часть санкций — это попытка Запада защитить себя, например, после захвата самолета Rynair или в миграционном кризисе на границе. Кроме того, нет никаких сигналов от самого Лукашенко о том, что он готов отпустить заключенных в обмен на снятие санкций.
– Западные страны не готовы снимать санкции без конкретных шагов со стороны режима, – добавляет Валерий Ковалевский.
![Гуманітарная місія, гандаль ці перамовы з рэжымам: як вызваліць палітвязняў?](/sites/default/files/styles/default_image_paragraph/public/paragraphs/image/photo_2023-05-13_15-07-13.jpg.webp?itok=BhBA4knx)
При этом иностранные организации, которые могли бы быть инициаторами или посредниками в переговорах, пока на это не идут. И вообще иногда воспринимают белорусскую действительность неадекватно. Последний пример — приглашение Лукашенко на саммит ООН и слова регионального директора в Минске о том, что Беларусь добилась «необычайного прогресса по разным направлениям».
– Наши инициативы и меры не всегда принимаются нашими партнерами. Мы готовы к диалогу и компромиссам. Мы не в тупике, мы работаем, и это достаточно сложно, — резюмирует Ковалевский.
Все же выкупать политзаключенных?
Политолог Павел Усов считает, что это наиболее вероятный сценарий. То есть при определенных условиях режим Лукашенко можно было склонить к этому.
У Лукашенко сейчас нет мотивации для переговоров. И чиновников, близких к нему, тоже. Они кулуарно отказываются даже от неформальных договоренностей.
– Речь не идет о прекращении политических репрессий, об освобождении всех политзаключенных. Всех можно освободить только при условии, что этого режима не будет. Такой торговли политзаключенными, которая была после 2006 и 2011 годов, в принципе уже не будет. Санкции — это единственный доступный в настоящее время актив, который можно обменять. Других ресурсов нет. Диалога не будет, – считает Усов.
По мнению политолога, предложение по обмену должно быть очень конкретным. Режим вряд ли согласится открыть решетки в камерах Бабарико, Колесниковой, Статкевича и Тихановского. Но можно составить список людей, которых нужно срочно освободить по состоянию здоровья.
![Гуманітарная місія, гандаль ці перамовы з рэжымам: як вызваліць палітвязняў?](/sites/default/files/styles/default_image_paragraph/public/paragraphs/image/photo_2023-05-13_15-11-42.jpg.webp?itok=OTTmc9fX)
— Выпустите двести, триста человек из списка — тогда мы [санкции] отменим. Если вы продолжите садить людей, мы снова введем эти санкции. Этот механизм надо прописать, это как обмен военнопленными. Должна быть третья сторона, либо Красный Крест, либо Организация Объединенных Наций.
Я вообще считаю, что если Светлану Тихановскую на международном уровне принимают как представителя белорусской нации, она может пойти в ООН к генеральному секретарю Гутерришу и попросить его съездить в Минск, встретиться с Лукашенко и обсудить условия освобождения политзаключенных. Это самое простое и эффективное, что можно сделать сейчас, — предполагает Павел Усов.
При этом политолог отмечает, что оппозиция должна выработать консолидированную позицию. Чтобы не случилось, что на переговорах с западными партнерами одни требуют усиления санкций, а другие – отмены. И следующий важный момент – установить конкретные сроки работы по освобождению политзаключенных, чтобы не обсуждать этот вопрос еще несколько лет, пока люди теряют здоровье в тюрьмах.
А может, пора изменить подход?
Светлана Мацкевич, бывшая жена политзаключенного Владимира Мацкевича и активистка движения родственников и бывших политзаключенных, взывает к морали. Она призывает прекратить перекладывать ответственность за освобождение людей с больной головы на здоровую.
![Гуманітарная місія, гандаль ці перамовы з рэжымам: як вызваліць палітвязняў?](/sites/default/files/styles/default_image_paragraph/public/paragraphs/image/photo_2023-05-13_15-12-58.jpg.webp?itok=AufMkuGZ)
– Уже 2023 год, а количество политзаключенных растет. Нужно искать другие пути и средства решения проблемы. А не продолжать настаивать на тех предыдущих установках, что были в 20-м году. Мне неловко, когда мы автоматически перенаправляем этот вопрос режиму, нашим западным партнерам, но не себе. Что для нас ценно, за что мы страдаем? Почему мой бывший муж страдает в тюрьме? – задает она риторические вопросы.
Мацкевич также настаивает на том, что освобождение политзаключенных должно быть главной темой, от которой следует отталкиваться политикам. По ее мнению, не стоит опираться на какую-то политическую стратегию, которая до сих пор не доказала свою эффективность. Главное – освободить людей. Неважно, каким образом.
– Давайте зададим этот вопрос самим себе: что мы делаем не так? Что не так делают наши политики и гражданские инициативы? Мы помогаем, пишем письма, стараемся поддержать дух политзаключенных. Но, пожалуй, этого недостаточно. Вопрос не в политическом уровне, а в гуманитарном. Сохранение и поддержание здоровья политзаключенных в тюрьмах, получение информации от родственников, поддержка родственников... Этот вопрос нужно решать уже сейчас, – говорит Мацкевич.
По ее мнению, сюда должен подключиться Красный Крест как гуманитарная организация.
– Мы не получаем информации о состоянии здоровья Бабарико. У нас нет информации о Статкевиче, Марии Колесниковой. Мы вообще мало знаем о тех, кто не является публичными людьми. Нам нужно трубить во все колокола! Требовать от Красного Креста хоть какого-то контакта, выхода, хотя бы контроля за состоянием здоровья политзаключенных. И сам режим этого делать не будет. А западные партнеры об этом, скорее всего, не думают, – рассуждает Светлана Мацкевич.
Но Красный Крест в Беларуси провластный, организация игнорирует вопрос политзаключенных.
Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.
Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube-канале. Подписаться можно тут.