Вы здесь

Беженец из Чечни: Это была 39-я попытка попасть в Польшу, но домой не вернусь

Вокзал "Брест-Центральный". Из зала паспортного контроля массово выходят граждане Российской Федерации из 95-го региона — Чечни. Не менее двух сотен человек снова не пропустили в Польшу, где они хотят получить статус беженца. Мигрантов, не имеющих шенгенских виз, польские пограничные службы в очередной раз "развернули".

Разговариваем с одним из постоянных пассажиров электрички "Брест — Тересполь".

"Сегодня пошел третий месяц, как я здесь. Была у меня 39-я попытка попасть в Польшу, но безрезультатно. Ездил сегодня за последние деньги... Каждая поездка (а у меня жена и двое детей) обходится в 37 рублей 40 копеек. Плюс ко всему, проживание в квартире — 15 евро, а еще питание. Всего в день у меня выходит 50 долларов", — рассказывает семьянин.

По словам мужчины, за время пребывания в Бресте он потратил 2500 долларов. 1500 привез с собой, еще 1000 передали родные и друзья.

Что заставило бросить все на родине и уехать? Все как один говорить об этом отказываются даже анонимно. Наш собеседник — не исключение:

"Никто о своих проблемах рассказывать не будет. Мы это не обсуждаем даже между собой. Когда у меня будет стопроцентная гарантия безопасности, я озвучу свою проблему, все расскажу. Главная моя цель — защитить свою семью. Если меня вдруг не станет, кто о них будет заботиться? У меня была нормальная жизнь в Чечне, хорошо работал, но вдруг появилась проблема, после которой не могу ни работать, ни вообще жить".

Стопроцентная гарантия — это удачная попытка переезда на территорию Евросоюза. По его словам, Польша — его конечный пункт прибытия, родных в других странах ЕС у мужчины нет. Если проедет, то хочет заниматься тем, чем занимался дома, — установлением электропроводки в домах. Вариант вернуться домой рассматривать категорически не хочет.

C 6 сентября в Бресте высадился целый десант правозащитников и волонтеров по инициативе Human Constanta. Они ежедневно дают беженцам юридическую консультацию, работают с каждым, кто нуждается в помощи. Разговариваем с правозащитницей Анастасией Лойко, которая за эти дни опросила не одного беглеца. От чего они бегут из Чечни и почему так боятся об этом говорить?

Лойко: "Там (в Чечне — Еврорадио) просто не работают правовые нормы — абсолютное самодержавие одного человека. Как российские коллеги говорят, "государство в государстве". Это факты и пыток, и исчезновения людей, и убийств. Там абсолютно невозможно ничего обжаловать. Работает один закон, который называется "Рамзан сказал". Необязательно быть активистом, можешь быть обычным человеком, но в какой-то момент не так выразиться, не так посмотреть, не так одеться, и уже за это оказаться под угрозой".

Правозащитница добавляет, что несущественно, бежит человек от преследования или у него социальные проблемы на родине. Польские пограничники должны принимать каждого, кто потребовал убежища.

Лойко: "Мы проанализировали информацию, которую собирали в течение первой недели, и подготовили доклад, который условно называется "О беженцах, которых нет". Дело в том, что польская сторона при нашем разговоре (а мы ходили к коменданту в Тересполе и просто беседовали с пограничниками) говорит, что статус беженца у них якобы никто не просит. Это официальная позиция Польши. Есть заявление министра внутренних дел Польши, который говорит: "Мы не будем всех их принимать". Это безусловно нарушает международное и европейское законодательство. Мы попытаемся повлиять на эту ситуацию".

Из 200-300 чеченцев в Польшу попадает 2-3 семьи. Это дает силы тем, кто не проехал, снова пробовать.

Мужчина, с которым мы пообщались на вокзале, признается, что тоже не теряет надежды. Деньги закончились, поэтому будет с семьей ночевать на вокзале. Когда получит денежный перевод от родственников, снова попытается попасть в Польшу. Уже в сороковой раз.