Диалоги о фотографии с Владимиром Парфенком.

Всю прошлую неделю в библиотеке им. Пушкина шел показ французских документальных фильмов о фотографии, где все желающие могли посмотреть кино, получить базовое представление об истории французской фотографии, поучаствовать в дискуссии. Среди фотографов почему-то больше было женщин, чем мужчин. Этот факт и послужил отправной точкой данной статьи. 

Так много фотографов развелось в последнее время, так много фотографий в сети, так много фото ресурсов, куда со своими работами приходят все, кому не лень, так много выставок и визуальной мишуры, что становится все сложнее разобраться в современной фотографии.

Если рассмотреть этот вопрос с позиции социологии, то, не претендуя, безусловно, на научную достоверность, всех фотографов в Беларуси условно можно разделить на три большие группы и одну маленькую.

Первая и самая многочисленная группа — это увешанные дорогими цифрозеркалками и струйными принтерами «свадебные щелкуны», имеющие в уме цифру «400 евро в день» и упорно работающие над ее достижением.

Вторая не менее крупная группа — это мальчики и девочки из ЖЖ, щелкающие на что попало своих друзей,подружек и себя в зеркале. Они посещающие все фото курсы и школы фотографии в городе.

Третья группа — это репортеры, работающие на местные и зарубежные информационные агентства.

И, наконец, четвертая группа, которую составляют единицы. Это люди, которые занимаются фотографией как искусством и основывают свои фотографические практики на современной философской мысли. На мой взгляд, одним из представителей этой группы является Владимир Парфенок, который любезно согласился пройтись со мной по нескольким выставкам города, чтобы на конкретном примере выяснить, что же такое хорошая фотография, как можно общаться с фотоизображением, как читать его. Ведь наши глаза, «замыленные» бесконечными фотоупражнениями, уже практически не различают хорошие снимки и плохие, потому что любую ерунду можно подать под вкусным соусом гениального концепта!

Мне очень хотелось выяснить у профессионала, что происходит с фотоискусством хотя бы в контексте Минска, потому что попытки описать и систематизировать белорусскую фотографию как жанр, пока еще очень скромны.

Мы встретились с Владимиром Парфенком на выставке Валерия Ведренко «Апостолы Гервят».



«Выставка является итогом двухлетней работы над материалом съёмок костёла Св. Троицы в д.Гервяты Островецкого р-на. Экспозиция состоит из двух частей. В первой — автор знакомит зрителя с местностью, костёлом и его интерьером. Вторая часть выставки представляет фотопластическую композицию на тему образов Евангелия» — сообщает нам вступительная записка.



Еврорадио: Что это за жанр такой “фотопластика”?

Владимир Парфенок: "Фотопластика" — это, в общем-то, термин, который Валерий сам единолично эксплуатирует как свое ноу-хау. Это то, что по-английски назвали бы «photo based art», «искусство, основанное на фотографии», или еще проще — «фотомонтаж». Здесь мы видим стилизацию фотографии под старинную графику, ксилографию, фотография оттонирована и это уводит нас от реального восприятия.

Еврорадио: Как вы относитесь к экспериментам с фотошопом? “Убивает” ли фотошоп фотографию по-вашему?

Владимир Парфенок: Я уже не считаю это экспериментом. Сейчас это может делать любой. А свою “смерть” фотография уже пережила. Это было в середине 90-х годов, когда появилась цифровая фотография и ей занялись большие художники. И то, что раньше делали большие люди, сегодня спустилось до “низов” и стало обиходным занятием. Фотошоп дает тебе иллюзию художника. Ты не умеешь рисовать, но с помощью различных примочек в фотошопе ты что-то создаешь. Ты такой весь «креатор», фотохудожник.

Это имеет право на жизнь, но следует понимать, что фотография это все же независимый, чистый жанр, а есть какие-то иные, пограничные состояния фотографии. Нужно помнить об этом и понимать, где уместны эксперименты, а где нет.

Еврорадио: Сейчас Франция думает о том, чтобы ввести закон, регулирующий работу с фотошопом. Современные женщины, оказывается, серьезно комплекусют перед идеальными телами фотомоделей на страницах глянца. Как думаете, это резонно?

Владимир Парфенок:Вполне. Я слышал, что немецкий журнал «Бригит» (Brigitte) уже отказался от услуг профессиональных моделей и теперь будет снимать только обычных женщин. И это, я считаю, неплохой ответ на глянец, на тотальную «гламуризацию», на фантомные образы, которых не существует. Я это одобряю.

Еврорадио: Вернемся же к фотографиям (так и хочется сказать “ к гравюрам”).



Владимир Парфенок: Это все очень красиво, безусловно. Но меня мучает вот какой вопрос: делаешь ли ты искусство, снимая чужое искусство. Вопрос риторический. Ведь этот костел или парковый комплекс перед ним уже сами по себе произведения искусства. Можно ли считать, что ты при этом тоже делаешь свое искусство, эксплуатируя уже кем-то организованное пространство, выстроенное, где есть уже сильные доминанты, на которые мы реагируем прежде всего. Очень сложный момент, да? Как найти маленькую лазейку, чтобы полноправно заявить, что “я тоже был художником в этот момент” ?



Я это скорее отнесу к прикладной фотографии. У нее есть свой потребитель, своя задача: сохранить внешний вид здания, придать ему какое-то настроение, которое испытывал автор в момент съемки.



Но это еще не то, что делает эту фотографию искусством. То есть, сам объект здесь (костел) — чужое искусство, форма (гравюра) также отсылает к чужому искусству. А что сам автор придумал, кроме того, что он показал умение работать с камерой и работать в фотошопе? Ну, да, это очень технично и очень симпатично.

Еврорадио: Мы двигаемся ко второй части экспозиции.